3. Творчество: догадки и их критика

Формальность системного мышления

Знание в отличие от «просто фактов» — это то, что можно использовать в разных ситуациях, что можно взять с собой из проекта в проект. Чаще всего это какие-то объяснительные теории. Факты же могут характеризовать конкретные проекты и объекты в них. Знание о метрах как единицах измерения общее для всех проектов. Длина пути в каком-то проекте 14 метров — это нельзя применить к другим проектам, так что это не «знание», это просто «факт».

Логика (правила рассуждений, ведущие к правдоподобным суждениям из правдоподобных посылок) науки и инженерии совсем необязательно булева/дискретна со значениями «истина» и «ложь». Современная логика вероятностна, при этом при использовании логического вывода в рациональном мышлении речь совсем недавно шла о байесовской вероятности, а не частотной. А теперь оказывается, что и байесовская вероятность тут не последнее слово, а речь идёт о «квантовой вероятности» из математики квантовой физики, хотя эта вероятность не имеет отношения к поведению частиц в микромире, а характеризует совсем другие масштабы в мышлении (иногда это называют квантовоподобностью)¹.

Современная логика использует вероятностные (байесовские и квантовоподобные) рассуждения, а эксперименты в конечном итоге не доказывают что-то или опровергают, а лишь сдвигают вероятность правдоподобности². Жизнь не состоит из «истин» и «лжи», она оценивается высказываниями о вероятностях, и даже более: жизнь состоит не столько из высказываний, сколько из действий, выбранных рациональным способом — высказывания тут носят вспомогательный характер! Мы уже обсуждали, что «здание состоит из кирпичей» — это абсолютно верное в логике высказывание, но в жизни это может привести к тому, что вам придётся обсуждать конструкцию здания, указывая место каждого кирпича. Много проще будет объединить кирпичи в стены, а затем обсуждать место стен в здании — и системное мышление работает как раз с этим, «удобным группированием». Не всё, что логически верно будет уместным в системном мышлении, требуется связь с жизнью — с какими-то методами/практиками/культурами/стилями работы, для которых ведутся рассуждения.

Но сейчас мы рассмотрим другую ветку обсуждения связи системного мышления и логики. Формально/строго (выражено в символической форме, доступной для строгого логического вывода через значения «истина» и «ложь») ли системное мышление? Или оно неформально, т.е. интуитивно и тем самым в нём большая вероятность ошибки? Другая формулировка того же вопроса: можно ли считать, что системное мышление требует строгой/формальной типизации его объектов, как в математической логике?

Главное, что нужно тут обсудить — это наличие и важность для трансдисциплинарного мышления (а системное мышление — трансдисциплинарно) неформального, интуитивного и невыразимого словами и иными знаками знания в распределённых (например, нейросетевых — в живом мозгу или в компьютерных системах AI) представлениях, в том числе распределённого знания о системах. Это знание быстрого мышления S1 по Канеману. Сегодня такое знание могут иметь не только люди с «мокрой нейросетью» (их и изучал Канеман), но и компьютеры, запрограммированные для работы в рамках коннекционистской/нейросетевой парадигмы. Современные достижения искусственного интеллекта связаны с развитием именно «компьютерной чуйки» (а не развития логических языков программирования) в рамках машинного обучения в целом и направления глубокого обучения (deep learning) в частности.

В коннекционистской (connectionism) парадигме³ знание представляется существующим не как набор связанных какими-то отношениями дискретных понятий из формальной логики, а как распределённое по множеству определённых простых однородных элементов (сегодня это обычно «нейроны» в нейронных сетях как искусственных, так и естественных). Это довольно мощная концепция распределённых представлений (distributed representations) в их отличии от локальных/символьных/symbolic представлений. Символическими представлениями занимается семиотика в составе семантики, распределёнными представлениями пока занимаются в рамках проектов по изучению AI, больше всего ими занимаются в предметной области глубокого обучения (deep learning), занимающаяся иерархическими распределёнными представлениями (например, в виде многоуровневой/глубокой нейросети).

Идею о том, что знания/информация может быть представлена в рамках распределённых представлений через теории информационной физики легко обобщить до признания безмасштабного знания, разлитого во всей вселенной (и включающего также знания людей), см. подробней в работах по представлению вселенной в виде своеобразной нейронной сети, в которой идёт вечный процесс познания⁴.

Человеческий мозг для мышления использует нейронную сеть и поэтому в существенной мере работает с распределёнными, а не локальными представлениями, хотя на нейронной сети он и может организовать «виртуальную логическую машину, оперирующую с типами и отношениями между ними», то есть мозг медленно и с ошибками может работать и как классический логический вычислитель.

Человеческий мозг плохо работает с формальными/математическими/строгими/символьными представлениями знаний и фактов, его вычисления вероятностны и требуют проверок. Мозг животных практически не может работать с символическими/знаковыми/локальными представлениями, мастерство работы со знаками как раз и отличает людей и животных.

Современные системы машинного обучения и искусственного интеллекта используют для своей работы принципы, похожие на принципы работы человеческого мозга. Знания сегодня понимаются отнюдь не только как формальные/строгие математические модели. Объединение методов формальной, «научной» работы со знаниями и методов «неформальной» интуитивной работы в нейронных сетях (искусственных или естественных, в мозгу человека — это тут неважно) представляет собой научный и технический фронтир, мы не будем касаться этих вопросов в нашем руководстве. В любом случае, мы можем резко уменьшить число ошибок неформальных вероятностных рассуждений, если просто дадим больше времени на вычисления. Это сейчас горячий вопрос в исследованиях по большим языковым моделям — можно ли обратиться за ответом на чуть изменённый вопрос несколько раз, чтобы получить более надёжный и безошибочный ответ? Можно!⁵.

Даниэль Канеман утверждает⁶, что у человека есть два механизма мышления: быстрое малозатратное интуитивное S1 и медленное трудоёмкое осознанное S2, включающееся при появлении каких-то проблем при использовании «быстрого» интуитивного мышления. Вот S2 представляет собой возможность последовательного задействия актов мышления S1 и тем самым возможность логического последовательного/пошагового мышления.

По факту речь идёт о целой шкале мышления от интуитивного неформального через вероятностное (с какими-то оценками этих байесовских или квантовоподобных вероятностей по самым разным источникам априорных свидетельств и данных эксперимента) к классическому формальному на основе математической логики. Вот схема Прапион Медведевой, иллюстрирующая эту шкалу (подробней это всё объяснялось в предыдущих руководствах программы рабочего развития):

Обычно интуитивные догадки на уровне «ощущений» вытаскиваются в качестве явно сформулированных эвристик, а эвристики проверяются критикой: логическими (включая вероятностную байесовскую логику или квантовоподобную логику). В случае подтверждения догадок формальное медленное мышление S2 о каком-то типе задач потом можно натренировать (в ходе решения множества задач) так, что оно становится автоматическим и «интуитивным» S1, не требующим особых мысленных усилий, решение этого класса задач перемещается из части шкалы с «обдумыванием» и «направленным вниманием» в зону быстрого интуитивного без особого задействования дорогого ресурса сосредоточенности. У физиков появляется «физическая интуиция», у математиков «математическая интуиция», у системщиков — «системная интуиция». Мозг пластичен, нейронная сеть мозга хорошо тренируется (а в последнее время эти «интуитивные» рассуждения начали потихоньку передавать и нейронным сетям в компьютерах).

По этой шкале формальности, конечно, можно взять спектр мышления какого-то конкретного агента: и тогда мы увидим, предпочитает ли агент строго формальное мышление, или вообще отрицает в мышлении всякую формальность, или всё-таки работает главным образом на среднем уровне формальности, но может быть и вариант, когда спектр мышления более-менее равномерен по всей шкале формальности. Не путаем при этом шкалу со спектром (шкала одномерна, спектр — двумерен, это распределение некоторой характеристики по шкале, например, спектр какого-то источника света — это распределение интенсивности излучения этого источника по шкале длин электромагнитного излучения). Спектр формальности мышления может быть у какого-то конкретного мыслителя, а вот шкала формальности — она одна на всех.

Системное творчество

Медленное, «формальное», рассудочное мышление при всех его достоинствах может испытывать содержательные проблемы, даже когда люди готовы тратить на него достаточно времени. Хорошо сформулированная проблема обычно содержит в себе явное формальное противоречие, которое необходимо «снять» — только в этот момент включается творческое мышление, только в этот момент нужно «сесть и подумать» (а не «вспомнить и применить», рутинное, автоматическое мышление). Иногда говорят, что мышление появляется тогда, когда нужно «перевести проблемы в задачи», т.е. создать список работ, которые понятно, как выполнять, и которые вместе решают проблему, снимают противоречие, убирают коллизии.

Решение проблем путём формулирования и снятия противоречий присуще и теории ограничений Элияху Голдратта («грозовая туча»⁷), и методологии ТРИЗ Генриха Альтшуллера⁸, и системомыследеятельной методологии школы Георгия Щедровицкого⁹. Все эти школы мысли утверждают, что они основаны на системном подходе, отсюда и общность мыслительных приёмов.

Откуда вообще возникают противоречия? Они могут быть двух типов:

• Противоречия в смысле логических противоречий, формальной несовместимости утверждений в рамках какой-то логики. Это может быть булева логика с двумя конфликтующими высказываниями (x=3 и x=5, причём оба высказывания верны одновременно!), но может быть и вероятностная байесовская логика, в которой согласно работам E.T.Jaynes булева логика является частным случаем¹⁰. Более того, неразрешимые байесовско-логические (Bayesian inference) противоречия могут быть и в байесовской логике, тогда приходится вычислять по квантовоподобной (quantum-like) логике, это рассказывается в работах Андрея Хренникова¹¹.

• Противоречия/конфликты во взаимодействиях систем разных уровней, ведущие к «неустроенностям» и вследствие этого сложности системного устройства на этих уровнях. Хороший обзор того, как это устроено в биологии, можно найти в работе Вольфа, Кацнельсона, Кунина «Physical foundations of biological complexity»¹², 2018 год — и читать её хорошо бы, читая литературу к этой статье, иначе многое просто непонятно. В 2022 году этими же авторами вместе с добавившемся к ним физиком Ванчуриным была высказана идея о том, что эти противоречия/конфликты между системными уровнями, которые ведут к неустроенностям в этих уровнях и порождают эволюцию, в которой мир/world/вселенная оказывается физически нейросетью и «познаёт/learn сам себя». Вернее тут говорить, что одни куски мира (системы) познают/learn какие-то другие куски мира (системы), а термодинамический баланс не нарушается из-за того, что знания в этих хорошо познавших мир кусках мира могут «разучиваться/забываться», но эволюция всё одно берёт верх и уже другие куски мира приобретают много знаний¹³. Эволюция происходит главным образом с неэргодическими системами, то есть системами с памятью. На самых медленно меняющихся в эволюции уровнях память становится цифровой как точной в многократном копировании (без накопления ошибок) памятью, например ДНК как раз такая «цифровая память». В случае меметической эволюции у людей для обеспечения памяти и точного копирования служат речь и письменность, что позволяет накапливать и бесконечно копировать знания без их искажения. И то же самое происходит в технологической эволюции: идеи, лежащие в основе устройств, проявляются в их конструкции. Центральная догма молекулярной биологии, что информация идёт от генотипа к фенотипу, от информационных моделей в КБ (конструкторском бюро) к экземплярам изделий в одну сторону, а в другую сторону абсолютно другие способы передачи (не «биологический рост» или «заводское изготовление», а мутации, инженерное проектирование и другие методы изменения генотипа — но точно не путём копирования адаптаций фенотипа) была подтверждена идеями из физики-математики в работе 2022 года «Toward a theory of evolution as multilevel learning»¹⁴.

И творчество тем самым может быть тоже разное: если речь идёт о логическом/математическом противоречии, то можно переописать мир в рамках какой-то одной математики/логики, а не разных (сделать его через выделение других объектов внимания, других понятий — перейти к другой «логике»), и тем самым снять противоречие. Скажем, если вы пришли к выводу, что x=3 и x=4, то вы можете рассмотреть физический смысл написанного и обнаружить, что речь идёт о том, что в первом и втором случае использовались разные единицы измерений. Это простой случай: описываем мир в одних и тех же единицах измерений, чтобы избежать противоречий! Ещё один простой случай: если вы узнали, что один и тот же человек — физик и менеджер, то это не обязательно два разных объекта, а просто два разных описания. Описываем мастерство как профессиональные умения, то есть как умения ролей (мастерство тут будет часть функциональной декомпозиции личности, а личность — функциональная часть человека, его «софт», а ещё у человека будет организм, его «аппаратура»). Людей же описываем как агентов, исполняющих роли — и противоречие оказывается снятым.

Если речь идёт не о логическом/математическом противоречии, а о конфликте между системами разных уровней, то придётся менять поведение этих систем. Тут многое зависит от того, насколько вменяемы как агенты эти системы. Если это механическая деталь, придётся менять её конструкцию механически. Если кошка — интеллект сильнее, вменяемость повыше, можно надрессировать. Если человек и интеллект сильный, то вменяемость высока, можно «уговорить», убедить рациональными аргументами, поменять нейросемантическим программированием (текстом!) только «софт», а не «аппаратуру». Это подробней описывается в руководстве по интеллект-стеку. Изменениями описания тут не поможешь. Если конфликт в том, что вирус своим поведением в сторону выживания конфликтует с организмом, которому тоже нужно как-то выживать, то выходом будет появление иммунной системы в организме и наличие изменчивости в вирусе, и огромное разнообразие реализаций иммунной системы и способов реализации изменчивости вируса, чтобы обманывать иммунную систему. Это пока эволюционное решение, его делает эволюция, хотя это занимает много лет (иногда и миллиарды), но появляется иммунная система как «нементальный мозг»¹⁵. Это всё жизнь, дарвиновская эволюция, где геном в каждой клетке.

Альтернативное решение — это инженерное, в порядке техно-эволюции. Если вы инженер и нашли противоречие в окружающем мире, вы можете создать новый механизм или изменить имеющийся, предложить смарт-мутацию к мемому. Мемом — это как «геном общего вида», мем/meme — это как ген/gene, только необязательно в ДНК. О таких решениях думают не только люди, они могут возникать спонтанно, эволюционно в ходе меметической и техно-эволюции. Например, мемовирусы (идеи, которые люди считают интересными для распространения) могут быть такими же, как и обычные вирусы: подчинять себе поведение людей (в природе такие вирусы, меняющие поведение хозяина, зовут «зомби», а ещё есть бешенство — вирус, меняющий поведение заражённого им в агрессивную сторону, увеличивающую распространение вируса). John Doyle говорит, что человечеству нужно инженерно задуматься над вопросом об иммунной мемосистеме, а не ждать, пока мемовирусы погубят человечество¹⁶.

Примером инженерного решения, которое уменьшает число смертей, является демократия. Когда демократии (выборов с целью бескровной смены диктатора) не было, власть или не менялась вообще (самодержавие того или иного рода), или вопрос власти решался гражданской войной — ибо «бог всегда на стороне больших батальонов» при равном вооружении и уровне знаний. Смена власти происходит, но довольно много людей при этом гибнет. Вот и появилось инженерное решение: вместо боя проводить голосование, чтобы определить, чьих сил больше¹⁷. Можно это считать «эволюцией», но само решение это было придумано и одобрено людьми, так что смело можно его считать одним из решений социальной инженерии. Но для решения проблемы может быть много разных вариантов, сложность общества при этом выросла и проблемы никуда не делись, при демократии просто проблемы другие! Но при смене власти зато люди уже не умирают просто для того, чтобы власть сменилась, монархий на Земле осталось не очень много, а во многих случаях монархи перестали иметь реальную власть, а власть оказывается выборной. Конечно, этот «вирус бескровной смены власти» добрался не до всех мозгов на планете, но прогресс очевиден. А для чего менять власть? Карл Поппер даёт ответ на этот вопрос: если власть всех устраивает, то это ОК. Если уже не устраивает, при прошлом выборе была ошибка, то демократия даёт бескровный способ устранить ошибку. Механизм коррекции ошибок общественного выбора — вот что главное в демократии!

Инженерные решения как «умные мутации для техно-организма» опираются на знание того, что противоречия/конфликты в системных уровнях неизбежны, но оптимизация этих противоречий/конфликтов для всех системных уровней, ведущая к общему уменьшению неустроенности/фрустраций за счёт роста сложности систем, может быть достигнута за счёт инженерного проектирования, а не за счёт проб и ошибок эволюции.

Системное мышление ничего не говорит про то, как снимать противоречия. В нашем руководстве нет никаких «методов творческого мышления», таблиц решений, способов проводить мозговые штурмы, приёмов развития воображения (но они могут быть в других руководствах. Например, приёмы развития творческого воображения используются в рамках прикладных методов системной инженерии под общим названием ТРИЗ).

Чудес не бывает, думать при решении проблем тут приходится не меньше и не больше, чем в любых других школах мысли. Системное мышление позволяет понять и принять неизбежность проблем за счёт неустроенностей/frustrations от конфликтующих взаимодействий разных системных уровней, а также при решении этих проблем удерживать ви́дение всей системы в целом как на несколько уровней над ней, так и на несколько уровней внутри неё. Системное мышление позволяет при решении проблем не терять за деревьями леса, не терять за листьями дерева, не терять лист дерева за растительными клетками.

Системное мышление позволяет целенаправленным образом находить противоречия, требовать их решения, документировать эти решения. Подвести к важному противоречию, не пропустить его, не дать проигнорировать — вот задача системного мышления. А дальше нужно брать голову (а часто и моделер в компьютере) в руки и думать, используя разные другие методы.

Как это работает? В реальном мире агентам не очень понятно, как нарезать его на объекты. Вот метафорический пример — попробуйте назвать те объекты, которые вы видите и указать важные объекты:

Дальше работает цикл из быстрой генерации догадок и медленной трудоёмкой их критики. При этом генерация догадок/объяснений/знаний/теорий идёт в форме порождающих моделей — по таким моделям можно предсказывать будущее состояние мира, а критика идёт по дискриминативным моделям, по которым можно говорить о принадлежности к какому-то классу (и тем самым находить «логическое противоречие»). На картинке цикл познания/творчества, который подробней объясняется в руководстве по интеллект-стеку, хотя и без этой картинки. Впрочем, разные его элементы обсуждаются в разных руководствах программы рабочего развития, тут мы только заметим, что на шаге формализации в качестве важных объектов берутся именно системы, суть системного подхода главным образом во влиянии на этот шаг в цикле:

Это всё значит, что системное мышление подразумевает не только неформальные рассуждения в рамках коннективистских/нейросетевых/S1 представлений и их выражения в рамках теории прототипов (метафорами), но и вполне формальные рассуждения с использованием знаковых представлений теоретической теории понятий, в которой мы говорим об объектах и отношениях, и в которых все объекты и отношения имеют типы. Не обольщайтесь, что текст нашего руководства на естественном языке: в тексте руководства довольно жёсткая типизация всех использующихся понятий. Так, мы не путаем «метод работы» и «работу», «систему» из системного подхода и «систему» из системы Станиславского. В системном мышлении примат работы объектами и отношениями с задействованием логики, а не метафор и аналогий с задействованием художественности. Следите за типами объектов и отношений, они важны! При этом учитывайте, что вы можете сами не замечать, что у вас проблемы с «машинкой типов»: если вас кто-нибудь не проверит на эту тему, вы можете заблуждаться, что у вас всё в порядке. Многие инженеры-менеджеры с удивлением узнавали на разборах/review с нашими мастерами=наставниками, что их машинка типов по факту не работает! Поэтому следите за типами объектов и отношений, но убедитесь сначала (не изнутри себя, а получите внешнюю оценку), что это слежение у вас работает!

Иногда в системном творчестве выделяют особо «изобретение» — какую-то систему разбивают на части (выделяют в ней системные уровни) разными способами, один из которых обязательно включает функциональное описание (поведение, которое ожидается от системы в момент её использования), а другой — конструктивное описание (те материальные/конструктивные объекты из многочисленных объектов физического мира, которые можно приспособить для воплощения функциональных объектов из функционального описания: аффордансы/подходяшки) при ограничениях со стороны пространственного нахождения этих частей и стоимости сборки аффордансов в работающую систему.

Это иногда называют и системным творчеством, и «модульным синтезом» (аффордансы — это модули), и изобретением. В любом случае, системное мышление позволяет подробно обсуждать эти «изобретения», подробно обсуждать суть творчества.

Интересно, что в инженерии обсуждают и «защиту от дурака»: невозможность неправильного задействования каких-то предметов. Системное творчество тогда заключается в том, чтобы «подходяшка» не только подходила для нужной функции, но и не подходила для ненужной¹⁸:

В любом случае, системное мышление — это прежде всего творческое мышление. Конечно, это не безалаберное творчество, случайные придумки. Нет, случайности (в основе эволюции всё-таки лежат мутации) в системном мышлении место есть, но мы стараемся, чтобы это были smart mutations/продуманные мутации, с наибольшей вероятностью ведущие к успешности системы¹⁹.

Вопросы: аффордансы.

Олег задумался о том, что надо бы позавтракать. Заглянул в холодильник, а там только борщ и огурец. Взял в холодильнике огурец и съел его. Что тут аффорданс для завтрака (завтрак‑— порции пищи, которые обычно съедаются утром)?

--- Олег. ### Нет, Олег тут система-создатель для завтрака (а затем будет целевой системой, для которой сам завтрак входит в систему создания, и тогда завтрак — аффорданс для поддержания жизни Олега, но это могла бы быть и капельница с глюкозой!).

--- Холодильник. ### Нет, холодильник — это не завтрак, это часть системы создания для завтрака.

--- Борщ. ### Нет, борщ не подошёл Олегу в качестве завтрака. Аффорданс — это «подходяшка», подошёл в качестве завтрака только огурец.

+++ Огурец. ### Да, роль завтрака исполнил огурец, это и есть «подходяшка».

Задание: эволюция.

Поставьте отметку о достижении состояния:

1. Написан пост, в котором вы трактуете упомянутую в руководстве работу «Toward a theory of evolution as multilevel learning» в контексте своего рабочего проекта.

Предметные специализации системного мышления

Системное мышление развивается по мере его употребления как в «истинных», естественных науках (которые вырабатывают объяснительные теории по поводу мира — физика, химия, биология и т.д., на английском sciences), так и в разных инженериях: от самой общей системной инженерии до прикладных её вариантов — инженерии предприятий (менеджменте), системной химии²⁰ (которая изучает не столько поведение молекул в реакциях, сколько поведение множества самых разных молекул в реакционных сетях, в том числе биохимических системах — и выходит на инженерию таких сетей реакций), системной биологии²¹ (которая выходит за пределы редукционистской системной химии в изучении биологии и учитывает более высокие уровни организации существ — макромолекул, клеток, тканей, органов, организмов, популяций — и тоже с прицелом на инженерию, в том числе генную инженерию), инженерии личности (самые разные методы, связанные с обучением вменяемых систем различным видам мастерства, этому посвящён отдельное руководство по инженерии личности).

Системное мышление пробуют применить и в социальной инженерии, зачастую безуспешно, хоть и в опоре на социальные науки. Социальные науки обычно являются нормативными, то есть не столько объясняют, сколько предписывают, «как надо», и ещё эти науки не учитывают системного/многоуровневого характера происходящих явлений и наличия неснимаемых простыми методами неустроенностей, происходящих именно от многоуровневости системной организации социума — личностей, организаций, сообществ, обществ. Можно привести в пример только одну из утопических идей социальной инженерии: строительство коммунизма, совершенно неслучайно заканчивающееся каждый раз неудачей в силу слабости его теоретических посылок²². Тем не менее, системное мышление пробуют задействовать в том числе для заведомо ущербных инженерных идей, хотя ограничения такого использования встроены в системное мышление — и по мере смены поколений системного мышления они исключают совсем уж грубые ошибки. Пока же советуем относиться к идеям инженерного переустройства общества с большим подозрением: благими намерениями тут вымощена дорога в ад. Всегда надо помнить, что в концентрационных лагерях газовые камеры были самыми продуманными в части инженерной мысли, всё остальное (бараки, дороги) были погрубее. Так что осторожней с использованием системного мышления для обустройства того, как по вашему (или ваших заказчиков) мнению должны жить люди.

Есть и другие, менее распространённые специализации системного мышления в самых разных областях инженерии, где слово «инженерия» традиционно не используется, но по факту это именно системная инженерия, причём опирающаяся на системное мышление. Например, есть специализация системного мышления для танцевальной импровизации (инженерии танца) Viewpoints²³, на системном подходе также основан текст «Танцевальное мышление и его развитие»²⁴.

Во всех этих многочисленных прикладных инженериях, базирующихся на системном мышлении, накапливаются знания по типовым инженерным («железной» и программной инженерий, менеджмента, танцевального творчества, государственного строительства и т.п.) решениям для какого-то одного или даже нескольких видов систем какого-то определённого одного или даже нескольких системных уровней.

Но когда вам нужно что-то делать впервые в мире (как когда-то летели на Луну, а с 2015 в SpaceX делают первые возвращаемые на Землю и с 2017 года повторно используемые ракетные системы, или пытаются создать распределённые автономные организации DAO²⁵, или с ноября 2022 года в OpenAI делают AI на основе больших языковых моделей²⁶), то есть два варианта — изобретать что-то беспорядочно, «по интуиции», или мыслить системно, чтобы как-то последовательно ставить и решать проблемы, находить и устранять противоречия (системное творчество), снижать риск забыть что-то важное в многолетнем проекте (системное моделирование и основанное на нём управление конфигурацией²⁷), выполняемом сотнями и тысячами человек.

Системное мышление, используемое в методологии, помогает поделить решение какой-то проблемы между разными агентами (например, людьми) в команде, организовать выполнение работ по методу/«виду труда» по разными агентами, специализирующимися в подметодах/«подвидах труда». Это разделение труда: развитие той линии, по которой появилась английская мануфактура (когда вместо ремесленного производства, где все операции изготовления булавки вёл один человек, выполняющий почти три десятка различных операций, стало производство со многими людьми разной специализации, каждый из которых выполнял только операцию одного-двух-трёх видов) и тейлоровский заводской конвейер (в котором каждый рабочий должен был делать буквально одну посильную ему операцию, в пределе даже инвалиды могли работать на конвейере, настолько сильно был разделён труд). Разделение труда включает и выполнение некоторых методов работы, изначально массово выполнявшихся людьми, машинами (автоматизацию). Системное мышление позволяет как-то ориентироваться в возникающем разнообразии систем-создателей (предприятия с огромным числом людей, AI-агентов, оборудования), которые создают какую-то сложную продукцию — ракеты или ледовые буровые установки.

Часто инженерное решение и его реализация принципиально не могут быть получены в разумные сроки одним человеком или компьютерным AI-агентом, даже если речь идёт о гениальности человека или сверхгениальности AI. Требуется работа больших коллективов из множества организованных людей совместно со множеством усиливающих их возможности компьютеров и другого оборудования, а также с добавкой AI-агентов.

Для этого агенты, выполняющие роли «железных» инженеров и инженеров-программистов, менеджеры/инженеры организаций/enterprise engineers, инвесторы, танцоры²⁸, члены правительства или избирательного штаба, другие члены той или иной команды проекта/организации/предприятия/«органа власти»/«общественной инициативы» (различия тут есть, но в данном случае не важны — это всё «организации» как создатели систем самого разного системного уровня) явно обсуждают метод своей работы, занимаются методологией. При этом они не просто «генерируют основные инженерные, менеджерские, творческие, политические, художественные и иные решения», а задействуют методы системной инженерии, то есть в ходе изобретательской своей деятельности разрабатывают полноценную концепцию использования системы, концепцию самой системы и ряд других моделей системы и моделей систем создания этой системы. Основанный на системном подходе профессиональный язык прикладных инженеров, менеджеров и даже танцоров, позволяет быстрее, чем на бытовом языке, договариваться о том, что в каком порядке делать при постановке и решении многочисленных проблем в ходе создания самых разных систем — космических кораблей, организаций, танцевальных перформансов, профессиональных объединений, стран, т.е. всего того, что делают люди, сегодня поддерживаемые AI-агентами и изощрённым оборудованием.

Системное мышление ничего не говорит про содержание мышления (какие действия с какими именно системами продумываются), оно касается только его формы — использования концептов системного подхода как типов объектов внимания, которые будут использоваться в мышлении.

Скажем, тип «система» (из нашего руководства системного мышления, мета-мета-модели мира). Вам нужно понять, какой тип объекта в вашей предметной области (мета-модели мира, из учебника по этой предметной области) ему соответствует. Эта система — киберфизическое устройство? Существо? Вменяемый человек? Организация? Сообщество? Общество? Их какие-то части? Как в учебнике этой предметной области называют эти объекты, которые в руководстве по системному мышлению называют «система»?

В рабочих проектах нужно также разбираться, какие объекты в реальном мире (экземпляры) соответствуют этим типам «из учебников», то есть отмоделировать экземпляр.

Системное мышление управляет вниманием через наведение его по верхним уровням иерархии типов/классификации/онтологии, уровни выше уровня предметных областей (понятие «система» из мета-мета-модели, но не мета-модели прикладной системной области — там будут «ракета», «растение», «мастерство не бояться пауков»). Сами объекты внимания могут быть из абсолютно разных прикладных предметных областей, определяемых абсолютно разными мета-моделями (уровня учебников по объяснениям/теориям прикладных методов и уровня сложившегося понимания в конкретном предприятии в конкретном проекте). Но все эти предметные мета-модели реального мира будут типизированы объектами более абстрактной мета-мета-модели реального мира из нашего руководства. Это будет не просто «дверь закрыта», а «дверь::система закрыта::состояние». И всё это моделирование (системное моделирование!) обязательно надо документировать/записывать, то есть удерживать внимание техническими средствами, а не надеяться на то, что вы это проделываете «в уме». Если вы не поняли содержание текущего абзаца, то вы плохо освоили наставления предыдущих руководств программы рабочего развития в части моделирования. Работа на разных уровнях абстракции (разных уровнях мета-моделирования) и есть «связь системного мышления с жизнью», заземление/grounding системного мышления!

Системное мышление в этом плане фундаментально/трансдисциплинарно: оно не затрагивает понятия прикладных дисциплин из прикладных методов работы, но даёт типы важных объектов для понятий этих дисциплин. Если прикладной метод работы (помним, что это дисциплина/знание/теория и инструментарий её поддержки) — кулинария (теория/дисциплина изложена в учебниках кулинарного искусства, инструментарий реализован кухонной утварью), то целевой системой может быть, например, борщ. Само понятие борща — оно из предметной области кулинарии как метода работы со своими знаниями/объяснениями и инструментами, но то, что борщ будет типа «целевая система» в каком-то проекте — это уже из системного мышления.

Если в мета-модели есть борщ::система, то в мета-мета-модели есть отношение часть-целое между борщом и надсистемой. Типы «система», «надсистема» — они из системного мышления. Что тут будет надсистемой для борща? Скажем, надсистемой будет званый обед в ресторане (а борщ уточняем: это название одной порции борща, а не вообще тип «борщ» как тип кулинарного изделия). А ещё в мета-мета-модели есть отношение создания между целевой системой и системой-создателем. И тогда я неминуемо спрошу, что будет системой-создателем для борща? Борщ::система создаётся какой-то системой-создателем, этот ход мышления не из кулинарии, а из системного мышления. И дальше я могу предположить, что это шеф-повар::система-создатель (а не домохозяйка или кашевар, ибо я уже знаю, что этот борщ как порция будет съеден в ресторане на званом обеде, а не дома или где-то в поле). Системное мышление не даст мне забыть о шеф-поваре, дальше можно будет задавать вопросы о степени мастерства шеф-повара в кулинарии.

Если я сначала начну думать не о пище, а о том, кто готовит пищу::система-создатель, то системное мышление не даст забыть о том, что именно готовится, заставит подумать о пище::целевой-системе, и дальше с необходимостью поведёт сначала не внутрь, в подсистемы, в состав пищи, а в надсистему: задаст вопрос о том, что будет окружать эту пищу в момент использования. И если это организм едока::надсистема, переваривание::использование, то нужно будет подумать о диетических характеристиках пищи::система — и тот, кто готовит пищу::система-создатель должен будет выполнять какие-то методы диетологии/нутрициологии, возможно даже методы диетической геномики/nutritional genomics²⁹. А если в системном окружении целевой системы обнаружится ситуация званого обеда в ресторане::надсистема, то всё-таки это будет шеф-повар::система-создатель.

Системное мышление не пустит думать о бликах солнца на стенах кухни или звоне кухонной посуды, особенностях обеденной скатерти и прочем не слишком важном. До этого, может, когда-нибудь и дойдёт дело, но не сразу. Сразу системное мышление заставит подумать о целевой системе в момент использования/работы/функционирования её в составе надсистемы «как она работает, что делает с надсистемой» (например, борщ приводит едока во вкусовой экстаз, а потом поставляет нужные вещества организму для переваривания). После этого системное мышление заставит подумать о составе целевой системы (из чего и как делаем, какие методы/практики/стили/культуры работы задействуем), а затем о системе создания в момент создания (кто будет выполнять эти методы работы).

Если эта последовательность рассуждений «сначала целевая система в её окружении, потом из чего она сделана, потом система создания» как-то будет нарушена (например, разговор начнётся не с целевой системы в момент использования, то есть не с борща в момент его поедания или в момент переваривания), то системное мышление просто заставит обратиться к этому рассмотрению целевой системы в её окружении (в составе надсистемы) как можно раньше — и не пустит в рассуждениях дальше. Это и есть мощь системного мышления: оно заставит вас продумать важное, не даст забыть о важном.

Мир составлен из каких-то систем, их множество — но в мире выделяют вниманием особые системы, «целевые», и дальше используют «целевые системы» как опорные для внимания, разворачивают переход внимания с рассмотрения одной системы на рассмотрение другой системы по отношению к целевым системам: от целевой системы вверх и вниз в момент её эксплуатации по системным уровням, а в момент изготовления от целевой системы по пути в графе создателей. В любом случае, внимание проходит по каким-то системам, отталкиваясь каждый раз от целевой системы проекта как начале рассмотрения.

Понятия системного подхода из мета-мета-модели, взятые как типы, управляют мышлением. Эти типы, как и последовательность рассуждений с ними, берутся из нашего руководства, выучиваются один раз, затем используются во всех предметных областях: выращивании репса, производстве заклёпок, обучении сотрудников, организации сообществ, разработке AI-систем.

Когда вы начинаете заниматься чем угодно, вы уже довольно много знаете про это «что угодно»! Вы знаете, что там будут объекты типов из системного подхода, которые будут заставлять вас обращать внимание на важные аспекты ситуации и даже подсказывать, о чём думать сначала, а о чём думать потом. Например, всегда сначала надо думать о целевой системе в её окружении, а если её не нашли, то её надо искать!

Если прикладной способ/метод работы — квантовый компьютинг, то целевой системой может быть квантовый компьютер. И там повторится ровно это же рассуждение: вы должны будете сначала рассмотреть квантовый компьютер в момент его использования, затем понять, из чего он состоит, чтобы быть так использованным, затем — как сделать этот компьютер (какие там методы его создания), затем — какая система-создатель будет у этого компьютера. И как бы вы не уворачивались от ответов на эти вопросы (а это очень трудные вопросы!), системное мышление заставит вас на них ответить. Если ответов нет и не предвидится, то это «дохлый проект», бегите из него. Если ответы могут быть получены, то их получение — это и есть системное мышление в ходе проекта. Системное мышление поможет не забыть о важном, оно будет управлять вашим вниманием.

Если прикладной метод работы — госстроительство, то системой в предметной области (domain) этого метода работы может быть министерство нападения (ни одно государство своё министерство нападения не назовёт в целях пропаганды иначе, чем министерство обороны, но мы-то можем тут назвать вещи своими именами!). Это означает, что вас системное мышление буквально заставит подумать о том, что делает министерство нападения в момент его использования (кем использования? Системное мышление не даст возможности уйти от ответа на этот вопрос. Не позволит, например, сказать «народом». Подробней об этом будет дальше в нашем руководстве). Системное мышление заставит подумать о том, как устроено это министерство нападения внутри, из чего сделано. И дальше заставит подумать, какими методами оно создаётся и кто будет создавать (кто умеет выполнять работу такими методами?). Это всё буквально «вопросы из руководства по системному мышлению», не вопросы по курсу госстроительства. Один наш инженер-менеджер сказал: «в ходе стажировки по системному мышлению я получил задание, затем я задал начальнику по этому заданию вопросы из руководства — и тут же получил место в правлении компании, ибо знаю, о чём спрашивать, что самое важное в окружающем бедламе». И это не единичная, а типичная история.

Системное мышление будет управлять вниманием к объектам прикладной инженерии, в которых причинно-следственные связи имеют объяснительные теории из самых разных прикладных методов работы. Системное мышление будет указывать на важное, о чём нельзя не подумать. Вы обязаны будете указать целевую систему, указать её надсистему, предположить деление на части целевой системы минимум четырьмя способами, указать систему создания или даже целый граф создателей, и т.д. При этом порядок этого перечисления имеет значение. Если вы начали с системы создания, например, начали описывать структуру фирмы, то мастерство системного мышления сначала спросит, какую систему создаёт фирма — и вас будет интересовать момент, когда эта система работает у клиента, а не момент, когда её фирма делает. Но потом вы обязательно спросите (себя или участников обсуждаемого проекта), как именно делает эту систему фирма. А потом вы обязательно спросите и про структуру фирмы, но только после ответов на предыдущие вопросы. Ибо если не знаешь, что фирма делает, никакая структура фирмы не поможет тебе оценить, хорошо ли устроена фирма, чтобы это делать. Подробней о том, чего нельзя не делать системному мыслителю, о чём ему нельзя не думать, будет в нашем руководстве дальше.

Развиваемые на основе системного мышления системная инженерия и её прикладные варианты (программная инженерия, робототехника, инженерия личности, системный менеджмент, социальная инженерия и т.д.) делают всё, чтобы в каждом рабочем проекте не нужно было много придумывать, каждый раз «изобретать велосипед». Нет, цель как раз в максимальном использовании лучших известных концептуальных (какие функциональные части какими конструктивными частями/аффордансами реализовывать) решений для неизбежных проблем, возникающих от конфликтов между системными уровнями (надсистема-система-подсистемы — и дальше по этим уровням вверх и вниз). Эти конфликты ведут к неустроенностям в этих системных уровнях. Инженеры придумывают разные оптимизации, устраняющие по максимуму эти конфликты между уровнями.

Это же относится и к системам создания, методы их работы (прикладные варианты инженерии) тоже решают какие-то проблемы. Системная инженерия, поддерживаемая системным мышлением — нормативный метод работы. Системная инженерия — это метод того, как надо «как нужно/предписано делать, чтобы получить успешную систему», это не просто метод размышления о том, как бывает устроено выполнение работы (метод размышления о том, как работать по методу — это методология). Если вам поручено создать хоть скамейку в парке, хоть завод по производству сверхчистых полупроводников, вам не надо с нуля изобретать то, что надо при этом делать. Это уже в самом абстрактном виде сказано в руководстве по системной инженерии, метод эволюционной системной инженерии для систем самой разной природы не надо изобретать самостоятельно. Лучше потратить силы на то, чтобы конкретизировать этот метод на условия вашего проекта.

Не нужно изобретать с нуля и то, что «модели системы обязательно нужно документировать» в самых разных предметных областях. Например, нужно документировать стратегию предприятия как одну из моделей системы. Например, «стратегия предприятия» — это три разные модели (подробней об этом будет в руководстве по системному менеджменту). «Обязательно документируйте стратегию» — не надо заучивать это наизусть специально для стратегии предприятия. Это просто часть моделирования, выучивается один раз, а для моделей предприятия (или робота, или личности, или цветка, или сообщества) это просто применяется (не изобретается!), это общее знание мета-мета-модели из наших руководств, это знание интеллект-стека, а не конкретных прикладных методов работы, прикладных культур инженерии, менеджмента, продвижения продуктов и т.д. Но как лучше записывать модели — вот это можно уже уточнять в каждом конкретном предмете, что-то тут можно и изобрести. Но если у вас сильный интеллект, то есть вы образованы и используете системное мышление, то вы не сделаете ошибки, не будете моделировать только «в уме» а потом ужасаться от неизбежных ошибок такого моделирования. Вам не нужно будет из опыта приобретать бесценное знание «модели должны быть не в головах, а отчуждёнными. Не записано — не модель». Это знание можно просто взять и использовать.

Это наставление про важность документирования моделей на отчуждённом от мозга разработчика носителе было уже многократно обсуждено в разных проектах, об этом, конечно, напоминается в руководстве по системной инженерии, его нужно просто задействовать: если у вас инженерный проект, то модели к нему вам надо обязательно документировать, потратить на это время и силы, как и указано в руководствах! Если не выполнять такие наставления, то будет плохо, про такие «новичковые ошибки» в системном мышлении и системной инженерии заранее известно. Нужно экономить мышление и сразу документировать модели, не ждать, пока в проекте будут проявлены эффекты конфигурационных коллизий, возникающие от халатности в документировании.

Особенности документирования моделей системы, иногда на уровне типа этой системы, иногда даже на уровне экземпляра — вот тут надо будет привлекать знание прикладной предметной области, а также думать. А до этого момента можно экономить рассуждения, просто действовать по наставлениям руководства, не изобретать другой способ работы — это и есть лучший на сегодня метод: «модели обязательно документировать». Конкретный вид модели и приёмы документирования моделей системное мышление и системная инженерия не подскажут, системная инженерия даст самые общие представления о необходимости разработки некоторых типов моделей, а подробный рассказ о моделировании будет только в руководствах по прикладным методам работы в каких-то определённых предметных областях. Например, для моделей орг-стратегии будет раздел в руководстве по системному менеджменту, но и там особенности документирования будет предложено додумывать самому, ибо неизвестно, например, какой универсальный моделер будет вами использоваться в условиях конкретного оргпроекта.

И таких наставлений (читай: предписаний, обязательных для следования им в работе) в системной инженерии и её прикладных вариантах много. Системная инженерия — нормативный метод, она предписывает, что надо делать, это не просто «системная инженерия — метод инженерии, который иногда бывает в проектах». Не надо изобретать системную инженерию с её специфическим современным разделением труда, можно просто следовать руководству — и использовать это руководство как норму/предписание, обязательное наставление! Надо экономить мышление, не изобретать методы, которые слишком сложны, чтобы с первого раза вы их изобрели удачно, и их слишком много, чтобы у вас было достаточное время для разбирательства с каждым вновь изобретённым вами вариантом!

Вам не нужно придумывать с нуля, что является целью операционного менеджера, который по факту эксплуатационный инженер предприятия. Его целью является увеличение прохода/throughput работ и исходных материалов в выходные продукты и сервисы: чем большее их число за единицу времени уйдёт из предприятия, тем больше навстречу будет денежный поток за продукты и услуги. Это уже давно обсуждено, все копья на эту тему были поломаны, на лишнем мышлении тут может быть сэкономлено, вряд ли вы (даже с вашей командой) так гениальны, что придумаете что-то лучше.

Но вот как именно увеличить проход/выпуск в конкретном предприятии (скажем, предприятии по разработке программных средств, использующихся в робототехнике, или маркетинговом агентстве, взявшемся увеличить впятеро клиентуру какого-то банка), вот над этим нужно много, долго и тщательно думать, а потом-таки реализовывать придуманные меры по его увеличению. Экономим на одинаковом: берём лучшее из методов мышления на верхних уровнях абстракции (мета-мета-модель как типы трансдисциплин интеллект-стека; эту мета-мета-модель дают руководства программы рабочего развития), а потом берём лучшее из методов прикладной инженерии (руководства по инженерии личности, системному менеджменту, подставьте дальше руководства по методам работы в вашей предметной области — а хоть и корпоративные стандарты/регламенты рабочих процессов,), и только затем «включаем мозг»: про особенности вашего проекта вы нигде прочесть не сможете, над ними придётся думать.

Полная творческая мощь системного мышления будет проявляться только в тот момент, когда известных типовых решений не будет и нужно будет делать первую из нового вида (first of a kind, FOAK) систему, или обходить какие-то жёсткие ограничения, которые не встречались раньше, или избегать каких-то часто встречающихся ошибок в деятельности — например, не забывать в суете выполнения какой-то работы подумать о чём-то важном, для чего нужно заранее знать — что именно является важным. Так, важным является системное окружение/system environment в момент использования/работы/эксплуатации системы. О нём нельзя забывать подумать. Функциональное разбиение системы тоже важное, оно первично. Методология говорит, что для системы важны ещё и методы создания и развития системы, которые выполняются создающей системой/создателем. Например, если целевая система «мастерство», то создание и развитие нового мастерства у личности проводится создателем мастерства: провайдером обучения, проводящего курс или стажировку на рабочем месте. Дальше про мастерство можно думать примерно так же, как о роботе, космическом корабле или борще (хотя и есть особенности создания: робота собирают, а затем обучают, космический корабль собирают, хотя сегодня может уже идти речь об обучении каких-то его AI-подсистем, а мастерству так только обучают, его не соберёшь).

Методы работы переводят какие-то изменяющиеся объекты (их будем называть альфы) по состояниям. Скажем, табуретка проходит через состояния «ничего нет», «сиденье и ножки сделаны», «сиденье и ножки собраны», «табуретка установлена в месте эксплуатации». Не надо придумывать, как об этом думать. В руководстве по методологии уже прописаны правила, по которым можно удобным для отслеживания этих состояний способом называть эти состояния. Меняться может что угодно: табуретка, мастерство, команда проекта, коммерческая возможность проведения проекта. Оказывается, удобней всего называть состояния в их привязке к методам работы создателя с текущим состоянием («табуретка эксплуатируется») или ещё лучше — в привязке к окончанию применения какого-то метода работы, приводящего к состоянию, чтобы указать на то, что с системой уже что-то произошло, прошедшее время: («табуретка введена в эксплуатацию»).

Такие изменяющиеся объекты проекта надо уметь находить (прежде всего это создаваемая и развиваемая целевая система! Но есть и много других объектов — описание целевой системы, команда проекта, внешние проектные роли и т.д.), уметь описывать последовательности смены их состояний и называть их (нет названий — нельзя обсуждать ход проекта, нельзя ведь сказать будет, в каком состоянии важный изменяющийся объект проекта!), уметь подумать о том, какие практики/методы работы могут привести к смене состояния важного объекта в нужную сторону. И нужно не только уметь, нужно ещё не забыть (в том числе не лениться!) сделать это прямо в ходе работы по проекту, в условиях множества отвлекающих внимание вас и вашей команды событий.

И такого, о чём нельзя забывать думать в стрессовой ситуации сложного проекта, довольно много. Этому посвящены все наставления руководств по программе рабочего развития. Что-то придумывать нужно будет только тогда, когда вы выйдете за пределы этих знаний, столкнётесь со специфическими проблемами конкретного проекта. То, что в любом проекте есть целевая система, над которой все работают – это неспецифично, это можно «узнать один раз, использовать всегда».

Речь идёт тут и о простых проектах «на одного» (всё равно это будет ощущаться как коллективный проект, надо будет делать коллектив из самого себя — играть разные профессиональные/проектные роли и как-то устраивать продуктивные споры между разными ролями внутри себя), и о реально сложных проектах, в которых задействованы многотысячные коллективы. Системное мышление спасает такие проекты, ибо управляет вниманием как одного человека, так и тысяч агентов (людей и AI-агентов, коллективных агентов-предприятий), предотвращает глупые ошибки типа «забыл подумать, придётся всё переделать».

В нашем руководстве задаётся только форма для мышления, типы мета-мета-модели: взятые из стандартов и публичных документов и только слегка авторски доработанные в целях лучшего понимания понятия системного мышления. Но в руководстве ничего не говорится про содержание мышления, оно в конечном итоге уникально для каждого проекта. Даже если вы второй раз будете делать какой-то похожий на первый проект, то ваше мышление по его содержанию уже будет другим: вы получите какой-то опыт выполнения проекта в ходе первого раза, у вас будут какие-то новые прикладные мыслительные интуиции, но и окружение проекта для второго раза тоже может успеть поменяться. И результаты вашего мышления и вашего действия могут быть для «повторения» совсем другими, «в одну реку нельзя войти дважды». Вместе с тем, не всё так плохо: рассуждение о проекте на высоких уровнях абстракции будет повторяться, и его типы (типы мета-мета-модели, а то и типы мета-модели) будут управлять рассуждениями на более низких/конкретных/заземлённых уровнях абстракции (прикладные предметные области в их понимании в конкретной ситуации, конкретные объекты в проекте, которые будут менять своё состояние). Но уйти от мышления не удастся: время от времени результаты работы будут не совпадать с ожиданиями «по учебнику», «по руководству/регламенту/стандарту/«описанию рабочего процесса», и тогда надо будет включать мозг (усиленный мозгами других людей и AI-агентами!) и заниматься творчеством, решать проблемы, превращать их в задачи, которые можно просто брать — и выполнять, не задумываясь.

Если вы используете методы системного мышления, которые мы даём в нашем руководстве, вам всё равно потребуется знать не только интеллект-стек безмасштабных «всесистемных» фундаментальных методов мышления (мета-мета-модель), но и вашу предметную область (domain, мета-модель), относящуюся к системам какой-то определённой природы, определённого масштаба, и даже просто заниматься мышлением вне всяких методов: от неожиданностей и проблем в рабочих проектах не уйдёшь. Но системное мышление всё равно потребуется, одних прикладных знаний не хватит. Системное мышление уменьшает вероятность того, что вы забудете подумать о чём-то важном, особенно пришедшем по линии других методов работы, смежных с вашим прикладным предметом.

При этом системное мышление не скажет, «куда идти, что делать». Мета-мета-модель системного мышления даёт типы системного подхода как «модель», карту. А уж куда вы пойдёте «по карте» (пойдёте по территории, ориентируясь по карте) — это отдельное размышление, это рациональность как выдвижение гипотез о действии, принятие решения о том, каким методом действовать, а затем переход к действию (ибо ещё можно принять рациональное решение о том, что надо делать, а потом просто… не делать).

Скажем, если вы занимаетесь разработкой корпоративного софта, то системное мышление заставит вас подумать не только о предметной области программной инженерии, но и инженерии предприятия, ибо без учёта того, как вы в предприятии будете использовать софт (ход от целевой системы в окружение), вы хорошего софта не сделаете. И вы будете заниматься системным мышлением письменно, будете моделировать, так что это «не забудете подумать» будет даже более надёжно, чем «просто мысли в голове». А потом вы предложите варианты действий (несколько!), прокритикуете их и выберете из них лучший, а затем обязательно будете действовать по этому варианту, не останетесь просто «мыслителем», станете «деятелем».

Моделирование. Предметные области

Заполните таблицу, указав три последних курса (возможно, это были просто пройденные вами учебники или прочтённые монографии, форма тут не так важна) по прикладным методам работы, а также методам мышления (методам усиления интеллекта). Не забудьте указать год создания этих учебных материалов и год, когда вы проходили этот курс.

Можно ли научить мышлению?

Знания, в том числе знания системного подхода, в голову укладываются ступенечками, от простого к сложному. Как выделить такие ступеньки? Что нужно тренировать, какую непривычную мозгу мыслительную работу делать привычной?

Тут мы должны ввести понятие контринтуитивности. Мы живём в интуитивно понимаемом мире. Наши мозги ездят по интуитивным, невесть откуда взявшимся мыслительным рельсам «быстрого мышления S1» по Канеману, как трамвай — одним и тем же маршрутом. Мы родились, постепенно откуда-то у нас эти рельсы в мозгу проложились (в случае многих лет работы про это говорят «опыт», в искусствах — «насмотренность», в литературе — «начитанность»), и мышление по ним ездит, и ездит обычно мимо известных сегодняшней цивилизации эффективных современных способов решения задач, делая невозможным решение задач сложных. Ибо в «насмотренность» и «начитанность» новое знание не попадает, его просто вы ещё не видели! Нельзя вспомнить то, что не запоминал! Можно придумать, но не факт, что вы каждый раз будете гениально придумывать что-то действительно эффективное.

Откуда у нас появляются интуиции, откуда мы знаем, что именно так нужно мыслить? Чаще всего мы не можем даже вспомнить, где мы в первый раз узнали, что зубы чистят щёткой с пастой, а не разжёванной щепочкой священного дерева удумбар, как это было принято в Индии. Рефлексия (осознанность по отношению к прошлым ситуациям мышления) заставляет предположить, что могут быть и другие варианты, кроме интуитивных — контринтуитивные.

Вот, посмотрел в окно — а там Земля плоская. Когда нам говорят, что Земля круглая, что мы отвечаем? «Это неправда, посмотрите в окно». Нам отвечают: «вы что, Земля круглая, посмотрите за горизонт…», но мы упорствуем: «Вы рассказываете много всего лишнего, что там за горизонтом, но за горизонтом всем видно, что ничего нет. Не нужно говорить про далёкий горизонт и что за ним, давайте говорить про Землю, вот же она — Земля плоская». Вся жизненная интуиция показывает, что Земля плоская, люди по ней ногами ходят, и уж ноги-то точно знают, что Земля не круглая! Но каким-то людям, которых заботят масштабы не только 10 километров, но и 1000 километров, в голову откуда-то приходит мысль про «Земля — круглая», они начинают так мыслить — и не находят никаких противоречий в таком мышлении³⁰. Через некоторое время выясняется, что кроме Земли ещё и Космос с его вакуумом есть, космические корабли там летают «всё время падая, но никогда не падая». Вот это уже непонятно, потому что при идее плоской Земли летание космических кораблей по кругу с достаточной скоростью, чтобы не падать никогда — это понять невозможно. Появилось расхождение с результатами эксперимента/измерениями. Объяснения про круглую Землю контринтуитивны, они не соответствуют «народной теории» (folk theory) плоской Земли, но её нужно будет принять всерьёз (то есть строить свои проекты на её основе), ибо она даёт предсказания лучше, чем теория плоской Земли.

Понятие «контринтуитивности», в котором можно и нужно услышать «антинародность» и «культурность/практичность/следование методу», важно. Каждый раз, когда появляются проблемы с пониманием того, как работают гении, обладающие каким-то искусством, которое никто не может понять и после понимания повторить и улучшить, можно ожидать найти глубоко контринтуитивные объяснения.

Трамвай мысли у гениев идёт по совсем другим рельсам, нежели проложенным в мозгу большинства людей. Найти эти «другие рельсы» в чужом мозгу гения, проложить их в своём мозгу и пустить по ним свой мозговой трамвай обычно очень трудно.

Гений почему-то, сам часто не осознавая, сделал что-то совсем не так, как все остальные, он просто начал что-то делать в противоречии с интуицией всех остальных, и у него начало получаться. А все остальные действуют интуитивно, «по-народному», «как все», и у них не получается. И пока на уровень сознания гения, или тех людей, которые пытаются отмоделировать мышление гения, не вышло в понятийном мышлении, в чём именно эта контринтуитивность, новые объекты не получили свои имена-термины, вы не можете передать это знание другим людям, не можете никого этому знанию научить.

Вы не можете научить директора по развитию (тут мы даём, конечно, условное название должности) крупного холдинга, танцора или политика, если вы не знаете понятийно на уровне сознания, что он должен делать в ходе своей работы, следуя лучшим методам/практикам/процессам/культуре/стилю/стратегии. А ведь надо научить тому, о чём он должен думать, какие понятия в мышлении использовать. Директор по развитию должен быть научен, он не должен вырасти как-то сам собой, как дерево в лесу. От охоты и собирательства талантов надо переходить к осёдлому земледелию, выращивать таланты. Это инженерия, изменение мира к лучшему. К тому же такой подход позволяет потом автоматизировать труд директора по развитию, переложить на AI часть работы, или переложить часть работы на сотрудников, если пока не нашлось соответствующего AI. Но это возможно, только если понимаешь, какую часть труда можно перекладывать, а какую нельзя, как описать перекладываемую часть труда по развитию предприятия, почему эта деятельность по развитию вообще должна проводиться, в чём её суть, какие понятия будут задействованы в мышлении по поводу развития этого крупного холдинга.

Чем отличается искусство от инженерии? В искусстве — один раз свезло, вдохновение было, получился шедевр. Другой раз не свезло, вдохновения нет — не будет шедевра. В инженерии («железной», программной, генной, предприятия, танцев, личности, сообщества и т.д.) мы так не можем, нам нужно работать стабильно хорошо, нам нужны лучшие (а не любые) методы мышления, дающие неизменно превосходный результат в типовых случаях. И только от этого уже высокого «типового» уровня качества в типовых случаях начинается искусство, отличающее гениальные прорывные работы в нетиповых случаях. Конечно, и в инженерии не обходится без искусства, но всё-таки в инженерии мы хотим стабильного успеха и чаще всего реализуем это желание!

Пожелания «не стеснять свободу творчества шаблонами» тут не подходят: люди, массово выдумывающие мыслительные велосипеды, с большой вероятностью получат не самое лучшее решение. Аргументы «творчества вместо шаблонов» верны только для единичных гениев, да и у тех в единичных случаях. В большинстве же других случаев шаблонные мыслительные решения дают высокое качество при минимизации умственных усилий. Вряд ли вы тот самый единичный гений, и у вас тот самый единичный случай «выхода за рамки известного цивилизации», когда вы сможете продемонстрировать высочайшее искусство работы с придуманными лично вами решениями «мимо учебников». Скорее всего, вы не очень понимаете, как именно вы думаете, каким методам мышления следуете. Это нужно срочно исправить: осознать то, как вы думаете, и выучить способы мышления получше.

Опять же, гениями называют не всех «творцов», а только тех, которые предъявляют качество мышления лучше, чем по лучшим известным на текущий момент (state-of-the-art) мыслительным шаблонам — и дальше уже их решения становятся шаблонными, а не гениальными. Эти вновь появляющиеся в цивилизации шаблоны хорошего мышления нужно сразу делать явными, документировать (желательно в форме руководств, регламентов с шаблонами чеклистов, стандартов, описаний рабочих процессов, учебных курсов как адекватной форме для передачи знания о методе, и подумайте, легко ли по ним научить работать тех живых или не очень живых агентов, для которых они были написаны. По регламентам, пошаговым инструкциям и справочникам обычно плохо учиться работать, по ним хорошо только проверять, как уже работают! Поэтому для того, чтобы научить работать, применяют более свободные формы, например, руководства. Впрочем, AI-агенты тут быстро меняют ситуацию).

Выделять шаблоны/«выполняющиеся алгоритмы» в методах/стилях хорошего мышления — это работа культуртрегера, описывать их — методолога, оформление этих шаблонов в виде учебных курсов — работа методиста/instructional designer. Подробнее про эти (и многие другие) типовые роли в инженерии какого-то мастерства в людях и AI см. в руководстве по инженерии личности.

Как передаётся неотрефлексированное, неосознанное искусство или ремесло? Ученик смотрит на десятки, сотни, тысячи работ мастеров, научается понимать сленг профессионалов как научаются родному языку (без учебников и словарей, просто «из разговоров»), постоянно смотрит, как работают настоящие мастера и пытается это копировать — прямо по пословице «обезьянка видит, обезьянка делает» (monkey see, monkey do). Именно про это термин «опыт» (пошутим тут про «двадцатилетний опыт — это однолетний опыт, повторённый потом двадцать раз»), «насмотренность» (которая у многих была в студенчестве, а дальше они застыли в своём развитии). Далее у трёх из десяти учеников в голове появляются какие-то правильные рельсы для трамваев их профессиональных мыслей, и они начинают мыслить быстро и делают мало ошибок в типовых ситуациях. А у семи из десятка — не появляются, и они продолжают делать много ошибок в типовых ситуациях. Обучение искусству или ремеслу — это не «передача понятийного знания», не используется вменяемость человека.

Нам надо, чтобы какому-то новому методу (скажем, методу системного мышления) могли научиться девять из десяти инженеров-менеджеров. Вполне можно представить, что будет один из десяти таких людей совсем неспособный (сильно недоученный в детстве, «из джунглей»), или крайне ленивый, или просто не выделивший достаточного времени на обучение в силу каких-то непреодолимых внешних обстоятельств (например, заболел), поэтому научим не всех десятерых даже в лучшем случае. Но вот научение всего троих из десятка инженеров-менеджеров нас не устроит, надо научить больше, девятерых! Это означает, что мы должны взять для обучения такое контринтуитивное знание, которое само не может быстро прийти в голову ученикам, сделать его минимальное компактное и понятное описание (понятийное! Чтобы можно было выразить словами!), а затем его каким-то образом передать ученикам, чтобы оно встроилось им в голову. Вопрос: бывает ли такое в тех областях, которые традиционно считались «искусством», и которым считалось, нельзя научить рационально? Да, бывает, сплошь и рядом! Это и есть путь западной цивилизации: превращать «искусство» (в том числе искусство мышления) после его моделирования и рационализации в быстро понятийно передаваемое от человека человеку в ходе структурированного обучения мастерство.

Когда вы находите правильные понятия и правильные мыслительные операции с ними, и правильные упражнения для ускорения «автоматизации» мышления (повторение ходов мысли помогает перевести медленное осознанное трудозатратное мышление S2 в быстрое нетрудное S1), то после обучения даже не будуте понимать, что вам было трудно делать до обучения. Вы будете мыслить бегло по-новому (S1), но будете неспособны вспомнить, по каким «народным рельсам в никуда» катилось ваше мышление до обучения (S1) и как вы трудно мыслили в ходе обучения (S2). Поэтому мастера (сами вчерашние новички) будут изумляться поведению необученных новичков, в том числе изумляться собственному поведению в период до освоения той или иной культуры/практики/стиля/метода/способа работы. Спросите ребёнка, почему он очень плохо умножал всего год назад — он не сможет объяснить, почему. Сейчас умножение для него вполне естественно, и не требует напряжения всех его умственных сил, как это было год назад. Но дайте ему перемножить матрицы — и всё повторится: сначала это будет непонятно, потом трудно, потом опять плохо будет помниться, что там было непонятного и трудного.

Метанойя

Назовём это свойство прохождения какого-то порога понимания, после которого трудно вспомнить затруднения, метанойей. Слово удивительное, попробуйте его написать в разных падежах, да ещё и во множественном числе, получите очень интересные эффекты. Этот термин пришёл из религиозных практик и означает «перемену мыслей», полный разрыв прошлого и текущего мышления. Ты занимаешься, занимаешься в какой-нибудь семинарии, и вроде как мышление у тебя не так поставлено, как это ожидают от тебя священники. Потом вдруг в какой-то момент щёлк — и ты демонстрируешь всем, что у тебя такое же мышление, как это принято у священнослужителя, с этого момента ты «настоящий», а не притворяешься. Это и называли «метанойя», такой малый западный вариант просветления. Слово «метанойя» рекомендовал использовать вместо слова «обучение» гуру системного менеджмента Peter Senge³¹, ибо слово «обучение» с его точки зрения уже совсем затасканное и не означает коренную смену образа мышления в результате обучения. Он позаимствовал его у психологов, которые использовали его для обозначения коренных позитивных изменений личности³². Нам не нравятся религиозные коннотации метанойи, но обозначаемое этим словом явление «забывания трудностей обучения» вполне светское.

Когда метанойя произошла, то в новом состоянии его мышления, с «новыми рельсами в мозгу» человеку (ну, или в более общем случае — агенту разной природы) совершенно непонятно, в чём была проблема раньше, «со старыми рельсами мышления». Представим: я знаю, что Земля плоская, я долго спорю, что Земля никак не может быть круглая, но меня в какой-то момент в этом убеждают. И я каждый раз в своих проектах сначала автоматически действую, как будто Земля плоская, потом усилием воли вспоминаю, что рационально вроде бы она должна быть круглая, потом делаю это уже на уровне рефлекса, и при этом вижу тысячу свидетельств этой круглости Земли. И вот в этот-то момент я уже не могу понять, почему я считал, что Земля плоская. Рационально вспомнить, что я когда-то считал Землю плоской, я могу. Но понять, как я перешёл из состояния знания «интуитивной теории» в состояние владения «контринтуитивной теорией» я уже не могу. И поэтому я не могу осознать те учебные действия, которые нужны для того, чтобы я добивался этой метанойи круглости Земли у своих учеников. Но сам факт обращения внимания на эту прошедшую метанойю (вывод её в сознание) даёт шанс разобраться. Работа по составлению правильных упражнений для получения такой метанойи у учеников — это трудная работа, но возможная. Создание адекватного учебного курса по уже имеющейся теории вполне может занять пару-тройку десятков лет, а если кроме самих упражнений нужно создать ещё и новую теорию, то и сотен лет, как это было в случае перехода от птолемеевского к коперниковскому пониманию движения планет. Все эти рассуждения про трудность создания теории/объяснений/знаний и руководства/регламента/стандарта/«описания рабочего процесса», по которому было бы возможно быстро достичь беглости/метанойи в мышлении инженеров-менеджеров в полной мере относятся и к системному мышлению, и ко всем методам интеллект-стека, и к прикладным инженерным методам.

Особое внимание нужно обратить на то, что в случае метанойи речь обычно идёт об обучении не любым методам мышления и действия, но «контринтуитивным», которым мозг сопротивляется особо, он же в этом случае «интуитивно знает», как должно быть, и активно сопротивляется новому знанию! Заново чему-то обучить много легче, но если уж вы уже подхватили где-то «народную интуицию», то научить вас чему-то более эффективному новому будет весьма проблемно: вам придётся пройти метанойю, а это требует наличия как-то документированной модели целевого мышления, а затем организованной в какую-то последовательность работ заданий, времени для выполнения всех этих заданий, а также недюжинной собранности — ибо вся интуиция вам будет показывать, что учат-то какому-то безумию!

Шансов пройти эту метанойю «самоучкой» практически нет, если вы не гений. Так, вы ни за что не будете учить по самоучителю объяснения круглости Земли, если вы придерживаетесь теории плоской Земли. Шанс у вас тут только попасть на какие-то курсы или пройти стажировку в какой-то организации, где вас буквально заставят ознакомиться с аргументами про круглость Земли, а затем ещё и потренируют (мимо вашей воли! Просто заставят!) на беглость в применении этих знаний в реальных ситуациях.

Контринтуитивность может поджидать в самых простых действиях. В школе учили прыгать через планку «ножницами» — подбегаешь, и прыгаешь. Но если нужно прыгнуть очень высоко, то после разбега к планочке нужно поворачиваться спиной, и прыгать назад-вверх (Fosbury Flop, изобретение 1968 года³³).

Это абсолютно неинтуитивно, но даёт возможность перелетать и через двухметровую планку. Нужно огромное доверие к тренеру, чтобы вы начали тренировать такой прыжок — ибо в этот момент кажется, что много-много тренировок дадут возможность преодолевать дополнительные десятки сантиметров «ножницами» или «перекатом», что совсем не так. А потом будет метанойя: вы будете не понимать, почему вообще через планку люди ещё где-то прыгают не техникой Дика Фосбери — даже если вы уже не помните, что начало таким прыжкам положил именно Дик Фосбери, и прыгать так люди начали всего на год раньше, чем высадились на Луну в 1969 году. И речь идёт о том, что люди делали тысячелетиями: прыжках в высоту!

В мышлении есть такие же контринтуитивные способы, которые позволяют мыслить по спортивному девизу: «быстрее, выше, сильнее», выводят в «спорт высоких достижений». Системное мышление — это набор придуманных разными людьми специфических контринтуитивных приёмов мышления, которые позволяют мышлению быть сильней (универсальней и эффективней), чем его предыдущие, «народные» варианты. В частности, системное мышление — это прежде всего эффективный способ управления вниманием в проекте, он позволяет шаблонным образом выделять в проекте объекты, достойные первоочередного внимания. Вы будете знать, что важно в проекте ещё до того, как им занялись! Понятия системного мышления задают типы важных объектов, которые потом вы должны будете находить в проекте, это позволяет вам не блуждать в надежде, что вы рано или поздно столкнётесь с чем-то важным, а активно искать и находить это важное.

Главная содержательная метанойя системного мышления в том, что вы начинаете думать о мире, как состоящем из вложенных друг в друга по отношению часть-целое систем, которые ещё и взаимодействуют друг с другом, а ещё одни системы создаются и развиваются другими системами, это связь по отношению создания. В третьем поколении к этому добавляется ещё и понимание эволюционного масштаба времени, а также неизбежности конфликтов между системами разных уровней.

Если понимать систему не как «любой объект, который мы рассматриваем», а как «система из системного подхода», то это оказывается крайне контринтуитивным, поэтому требует специального обучения и последующей длительной тренировки такого системного мышления.

Так, «интуитивно» при попытке о чём-то рассказать (например, о борще, о министерстве нападения, о квантовом компьютере) люди рассказывают прежде всего о частях обсуждаемого предмета (составе борща, организации министерства нападения, составе компьютера). В системном мышлении ровно наоборот: обсуждаемый объект-система сразу объявляется частью, и рассказ ведётся прежде всего об окружении в момент функционирования/работы целевой системы. Это ситуация обеда и переваривания пищи в случае борща, ситуация нападения в случае министерства нападения, ситуация использования квантового компьютера: борщ, министерство нападения и квантовый компьютер тут будут только частями своих ситуаций использования. И только после выяснения системного окружения (что окружает борщ в ходе обеда и потом в ходе переваривания, что окружает министерство нападения в ходе нападения, что окружает квантовый компьютер в ходе его использования), после «взгляда наружу от системы» предметом интереса системного мыслителя будет «взгляд внутрь», части системы. Сначала — что происходит снаружи от границы системы, и только потом — что происходит внутри! Это очень, очень контринтуитивно!

В математике термин «интуитивное» часто подменяется термином «тривиальное» — возможность повторения «любым» человеком (с AI математики ещё серьёзно не работали) в данном сообществе, а нетривиальность — невозможность повторения (спасибо за обсуждение этого вопроса математику Роману Михайлову). Демонстрация чего-то интересного в силу нетривиальности делает это «что-то» тривиальным через пару тактов тренировки заинтересовавшихся, ибо в определение «интуитивности/тривиальности» и «контринтуитивности/нетривиальности» неявно входит момент времени «прямо сейчас». Любое «контринтуитивное/нетривиальное» одного поколения становится «интуитивным/тривиальным» для другого поколения мыслителей. Эту «тривиальность» вполне можно добавить в список синонимов к «интуитивности». Интуитивность/тривиальность и контринтуитивность/нетривиальность — это «движущиеся мишени», присвоение этих типов каким-то объектам вполне динамично, результат существенно зависит от времени.

Кто знает, может сегодняшнее системное мышление для будущих поколений людей и мыслящих машин будет «народным», «интуитивным», «тривиальным» и его надо будет преодолевать, получать метанойю в совершенно по-другому устроенном мышлении. Но пока системное мышление глубоко контринтуитивно в его нынешнем варианте, осваивать его трудно, метанойя оказывается неизбежна.

В наших рассуждениях мы используем и бытовое, и небытовое значение слова-термина «интуитивность». Под «интуитивностью» в быту часто имеют в виду не результат рационального логического рассуждения, а использование «чуйки» — получение результата рассуждения инсайтом, вдохновением, озарением, причём этот результат может быть весьма нетривиален. Мы о таких результатах мышления говорим, что они ровно наоборот — «контринтуитивны», то есть нетривиальны, невоспроизводимы легко разными людьми, эти результаты не относятся к «общенародному знанию», популярным мыслительным автоматизмам, типовой интуиции окружающих людей, а также собственной интуиции. Но в нашем руководстве мы часто обращаемся ко второму «народному» словарному значению «интуитивности», когда говорим о быстром «интуитивном» мышлении S1. Надеемся, что из контекста будет понятно, какое имелось в виду значение в каждом случае использования авторами руководства термина «интуитивный».

Задания. Контринтуитивность и метанойя.

Поставьте отметки о достижении состояний:

1. Написан пост о контринтуитивности и метанойе на примере вашей работы по уже освоенным руководствам программы рабочего развития, включая руководство по системному мышлению (вы освоили уже примерно 40% наставлений по системному мышлению!).

Состояния ученика в ходе обучения мышлению

В обучении системному мышлению инженер-менеджер как ученик/студент/стажирующийся проходит через следующие состояния:

1. Осознал некомпетентность.

2. Заинтересован.

3. Начитан.

4. Понял.

5. Освоил.

Это только пример классификации состояний, критиковать можно по той же линии, что и любые другие системы с «уровнями развития»: трудно подтверждать экспериментально, достижение какого-то уровня трудно подтвердить («освоил арифметику»: сложение и умножение освоил, вычитание и деление — нет. Это «освоил» или «не освоил»? Как сравнить?), сам предмет быстро меняется, и что вчера было «понял», сегодня будет «и не начинал» (физика ньютоновская и квантовая: понял ньютоновскую физику — а вот с квантовой как быть?). Тем не менее, мы можем говорить о какой-то умозрительной последовательности, framework, способе думать — наборе понятий, который позволяет как-то развёрнуто обсудить какой-то предмет, в данном случае происходящее с учеником в ходе обучения мышлению. Обсудить — это или обсудить происходящее в конкретном проекте, или даже спроектировать (обсудить то, что только планируется, что будет происходить).

Эти состояния ученика удобны для обсуждения обучения самым разным методам/способам работы самыми разными способами: по учебникам, курсам, руководствам, регламентам или вовсе без них, по объяснениям от коллег. Обратите внимание, что состояния сформулированы по уже обсуждённому паттерну именования, наподобие «дверь закрыта», тут вместо двери будет «ученик», а вот что с ним происходило — это и будет дальше в перечислении состояний:

1. Осознал некомпетентность. Вы::ученик поняли (обратите внимание, что не «понимаете», то есть в процессе, а «поняли», это как «дверь закрывается» и «дверь закрыта»), что системный подход вам зачем-то нужен. Это переход от неосознанной некомпетентности («я и не догадываюсь, что я не умею системно мыслить») к осознанной некомпетентности («я знаю, что я не умею системно мыслить»). Это самая трудная ступенька на пути к беглости мышления, осознать своё незнание.

2. Заинтересован. Ученик захотел потратить время, нервы и разные другие ресурсы (например, деньги) на обучение. Это состояние трудно удерживать. Нет мотивации — не будет и вложений труда, не будет hard fun³⁴ в его определении Seymour Papert, не будет использован fun-критерий³⁵ David Deutsch, никакой метанойи Peter Senge не случится. На коммерческие курсы взрослые люди приходят уже заинтересованные, и у них дальше всё получается (хотя и не у всех). Юные студенты приходят «на лекции» обычно никак не заинтересованные — и не все из них становятся заинтересованными даже к концу курса. Но если речь идёт о системном мышлении и нашем руководстве, то часто бывшие студенты, познакомившиеся с нашим руководством в качестве вузовского учебника (такое тоже есть, например, в учебных программах МФТИ), возвращаются разобраться с ним второй и даже третий раз. Заинтересованность появляется уже после вуза: чаще всего это происходит после случайного использования приёмов системного мышления, известных по вузовскому курсу — и получения неожиданно сильного результата. В этот момент и появляется желание закрепить успех. Если заинтересованность есть, то будет потрачено достаточное время на достижение результата. Если заинтересованности нет — времени на достижение результата не будет потрачено, результата не будет. Главный критерий, отличающий «освоивших системное мышление» от «не освоивших» — это достаточность потраченного времени, а даже не личная генетическая предрасположенность. Увы, «усидчивость» тоже во многом генетически определена: одному скучно чем-то заниматься много часов подряд, а другому — не скучно, это и даёт «талант».

В классической педагогике у методиста в instructional design выделяют motivational design, и у преподавателя ведущий метод работы — лидерство, то есть умение удержать человека в роли ученика³⁶. Если вы сами себе наставник, то есть занимаетесь самообразованием/самостажировкой («учитесь по самоучителю»), то умение собраться и «уболтать себя учиться», потратить время на обучение вашей нейронной сетки — это будет ваше ведущее умение, ведущая способность, «лидерство себя». Можно много лет осознавать, что что-то не умеешь делать, например, не умеешь танцевать, и хотеть этому научиться — но так и не приступить к обучению. Или приступить к обучению — и бросить. Есть много самоучителей игры на гитаре, но относительно мало «самонаучившихся». А вот если учишься не сам, а кто-то тебя учит, таких научившихся довольно много.

3. Начитан. Вы знакомы с каким-то фрагментом набора понятий системного подхода. Материал нашего руководства (или какого-то другого руководства, стандарта, регламента, учебника) освоен на этой стадии в части знания значений слов, умения пересказать какой-то фрагмент текста, воспроизвести какое-то рассуждение, поддержать разговор про содержание текста. Например, вы уже сейчас начитанны: вы знаете, что системное мышление имеет дело с частями и целыми, выстраиваемыми во много уровней. Вы знаете, что есть создатели (системы создания систем, системы-создатели). Вы знаете о существовании синонимического ряда «метод/функция/культура/стиль/деятельность/…» и даже можете добавить пару-тройку терминов в этот ряд, а ещё и помните, что нельзя путать метод с «работой», которая ведётся по этому методу. Вы ещё не знаете, что с этим делать и как применить в ваших проектах, но эти знания/объяснения мета-мета-модели из нашей программы рабочего развития у вас уже есть!

Правильно думать о состоянии «начитан» как о том, что ученик начитан учебником по езде на велосипеде. Начитанный о поездках, но ни разу не ездивший сам, ученик может долго вам рассказывать о равновесии, о необходимости крутить педали и объезжать камушки. Но продемонстрировать езду он не сможет.

Начитанность, насмотренность для мышления нужны, в том числе и начитанность-насмотренность примеров рассуждения с высказыванием догадок, их отверждением — примеры обязательны не только «правильных рассуждений», но и неправильных, обнаружения ошибок, примеры коррекции ошибок. Но для уверенной беглости в мышлении начитанности и насмотренности примеров мышления совершенно недостаточно. Текст руководства как раз и даёт начитанность, и в нём даже учтено, что читать будут люди, а не только AI: довольно много материала повторяется в разных контекстах, а не просто излагается как в справочнике. Но «прочесть руководство/регламент/стандарт по езде на велосипеде» даже с большим количеством примеров — этого не хватит для того, чтобы уверенно ездить на велосипеде, демонстрировать наличие мастерства езды на велосипеде.

Начитанность — это даже ещё не переход к осознанной компетентности, когда можно самостоятельно и осознанно провести какое-то рассуждение из руководства/стандарта/регламента (или даже в учебном контексте — учебника) на каком-то материале своего (это трудно, ибо множество деталей заслоняют главное) или чужого (это проще, ибо множества деталей не видно, можно сразу обращать внимание на главное) проекта. Из руководства берём при этом типы мета-мета-модели, из рабочего проекта — типы мета-модели и экземпляры для заземления/grounding. Начитанность позволит порассуждать, но не даст беглости в операциях присвоения типов, поэтому затраты времени на эти операции может быть контрпродуктивным. «Хорошая мысля приходит опосля», «задним умом мужик крепок»: эта стадия характеризуется ровно вот этим высказыванием. Начитанным людям приходят в голову хорошие идеи, интересные вопросы, но они приходят не вовремя. В проектах же «дорога ложка к обеду», «кто не успел, тот опоздал». Тут не зря столько разных пословиц и поговорок в объяснении этой стадии.

4. Понял. Студент/стажёр/ученик понял, что означают термины системного подхода в их многочисленных вариантах разных школ, может продуктивно использовать понятия системного мышления при обсуждении самых разных ситуаций. Кроме памяти тут уже появляются некоторые мыслительные интуиции, часть нужных мыслительных ходов делается «автоматически».

Часть этого умения достигается «сержантским методом»³⁷, то есть путём решения простых и похожих друг на друга, многочисленных тренажёрных задач, которые методисты формулируют для тренировки, а не для контроля знаний³⁸. Пример такой задачи, сформулированной в виде вопроса с выбором ответа (quiz): «Пётр утверждает, что нужно уже начинать закупать функциональные части системы, а Елена утверждает, что закупать нужно вообще не функциональные, а конструктивные части. Кто из них прав? А) Пётр Б) Елена». Ответить на такой вопрос/quiz можно, только если знать про различия функциональных и конструктивных частей системы — для ответа нужно хоть как-то сопоставить ситуацию в задаче с местом из текста руководства, где говорится о таком различии. После нескольких повторений разных вариантов вопроса ответ будет самоочевидным, никаких отсылок к тексту не потребуется. При решении тренажёрных вопросов как раз и формируются «рельсы в голове», усваивается набор понятий, по которым потом поедет понятийное мышление. Другое дело, что эти рельсы ещё не уложены в путь: по ним ещё не поедешь. Но это уже рельсы, из них можно строить путь — хотя это «строительство путей» отдельная работа от «получения рельсов» как заготовок для рельсовых путей.

Важно, что в этих вопросах/quiz специально тренируется контринтуитивность, отличие предлагаемого способа мышления «по заданному методу» от использования народных/бытовых интуиций/«здравого смысла». Проверка следования заданному, а не «абы какому, из народных верований» методу делается через использование метода понятийной описи³⁹ (concept inventory, иногда conceptual inventory). Метод проверки состоит в том, чтобы обязательно предлагать в замерах понимания студентами/учениками/стажёрами материала учебника/руководства/регламента вопросы с ответами-ловушками, соответствующие «народному мышлению».

Впервые понятийная опись была предложена для оценки понимания ньютоновской физики по сравнению с «народной» аристотелевской. В аристотелевской физике палец давит на стол (он же живой!), а стол не давит на палец (он же не живой!). В ньютоновской они давят друг на друга с одинаковой силой, что контринтуитивно, не соответствует «здравому смыслу» (зато соответствует ньютоновской физике). Вопросы, составленные по принципам понятийной описи, проверяют — что на эту тему после прохождения учебного курса по физике думает выпускник курса. И если оказывается, что он отвечает на вопросы по третьему закону Ньютона с правильным применением формул, но при этом считает, что стол не давит на палец, то что-то в обучении пошло не так, и нужно доучиваться.

Вопросы/quiz для облегчения понимания системного мышления составлены таким же образом: они проверяют системность в мышлении, правильность рассуждений с контринтуитивными понятиями системного мышления, отход от бытового и привычного мышления «здравого смысла». Опять же, «понял» в какой-то одной предметной области ещё не даёт общей способности к мышлению. Например, если понял что-то в физике, это не делает тебя умнее в других задачах⁴⁰.

Один из стажёров предыдущих версий руководства отметил, что его настроение во время ответа на вопросы/quiz было — «ярость». Ибо его первый ответ стабильно оказывался неправильным, а правильные ответы, оказывается, были чуть ли не точными цитатами из текста руководства, которые были «просмотрены по диагонали», на типы картины мира инженера-менеджера в них не было внимания! И так задача за задачей: задачи заставляли перечитывать текст руководства, вычитывая из него новое и новое содержание.

Какие бы ни были вопросы/quiz, они просто дают возможность запомнить значения терминов и какие-то идеи о связи понятий — не более. На них хорошо будут отвечать «зубрилки», которые хорошо помнят текст учебника. Ситуации в этих вопросах просты, все отвлечения внимания убраны: в поле зрения только нужные для правильного ответа ситуации, а также ограниченный набор «ловушек мышления». Это как в учебнике по езде на велосипеде спросить, где у велосипеда тормоз — и показать несколько правильных и неправильных ответов. Не факт, что студент, правильно указывающий тормоз (он ведь изучал учебник! Видел картинку!), в жизни сможет воспользоваться этим тормозом. При езде на велосипеде всё его внимание и умение будет сначала занимать удержание равновесия, и мысль про тормоз если и придёт в голову, то вряд ли будет реализована.

Ещё одна проблема с учебными задачами в том, что там вопрос сформулирован, а в жизни эти вопросы надо уметь сформулировать — в условиях огромного количества отвлекающих внимание инженера-менеджера мелких значащих и ничего не значащих деталей. Конечно, никакие «тренировки с учебными кейсами» тут не помогут, поможет только моделирование ситуаций из реальных проектов: чужих (где ты не знаком с деталями, поэтому внимания хватает применить материал руководства к важным объектам проекта) и собственных (где тебя как раз отвлекает знакомство с деталями и требуется больше собранности, чтобы сформулировать вопрос перед ответом на него).

Ещё одна проблема с учебными задачами и «понял» — это изолированность фрагментов материала, для которых «знаешь ответ на вопрос». В жизни требуется обычно составить длинное рассуждение, проходящее через понятия, раскрываемые во множестве руководств. В жизни надо не отвечать на отдельные вопросы, а уметь удерживать внимание на длинных последовательностях рассуждений (примером этого являются мантры/канвы/сюжеты, о которых будет рассказано подробней чуть позже).

5. Освоил. Мастер (уже не ученик/студент/стажёр) может системно мыслить и действовать (принимая результаты мышления всерьёз, то есть кладя их в основу своего действия по изменению физического мира) in the wild, в реальных проектах, причём бегло, а не натужно выбирая каждый мыслительный шаг, как в состоянии «понял». Это совсем отдельное качество: уметь решать уже поставленные задачи (даже олимпиадного уровня сложности) из задачника против умения ставить задачи. Ставить задачи — это выделять из запутанного, шумящего, быстро меняющегося окружающего мира с огромным числом незначимых и кричащих о себе деталей правильные объекты, присваивая им типы, описанные в регламенте/стандарте/руководстве/«описании рабочего процесса»/учебнике. После этого можно решать задачу, которая сформулирована уже в терминах предметной области рабочей ситуации, причём объекты для решения задачи уже получили типы понятий системного подхода. Впрочем, тут потребуются и типы других трансдисциплин, а ещё надо хорошо будет представлять себе типы объектов самой предметной области — объекты этих типов в жизни тоже найти не просто. Системное мышление — это просто часть полного мышления личности в целом (включая интеллект и прикладное мастерство). Полностью преодолеть какие-то рабочие проблемы только за счёт системного мышления будет невозможно (чудес не бывает), но много легче, чем без него. Системное мышление делает человека умнее, но не настолько умнее, чтобы быстро решать абсолютно все проблемы.

В любом случае, в жизни нет задач из учебника, нет даже слов из учебника, в жизни «объекты из учебника» нужно выявить, обнаружить, т.е. поставить задачу, «приложить» книжное знание к жизни. В многообразии самых разных объектов окружающего мира в вашем проекте/вашей ситуации вам нужно будет найти, например, объект типа «целевая система». Но объектов-то тысячи и тысячи, а в больших проектах типа проекта создания и производства авиалайнера — их многие миллионы! Потом, после присвоения типа мета-мета-модели (вы знаете эти типы и для чего они нужны, ибо прошли уже состояние «понял») можно уже в привычных терминах из учебника решить поставленную задачу.

Если нужно узнать, сколько яблок в двух кучках, нужно догадаться, что яблоки — типа «счётные объекты из учебника арифметики», а не типа «фрукт: то, что обычно едят». Если вы хотите описать разрабатываемый вами супер-пупер-продукт, то нужно выявить, какие объекты в мире являются для него надсистемой (то есть присвоить каким-то объектам тип «надсистема» из нашей мета-мета-модели, описанной в руководстве), и какие роли (тоже тип из нашей мета-мета-модели) агентов (людей, организаций) заинтересованы в этой системе, что агенты (чаще всего на сегодня — люди) в этих ролях хотят от этой надсистемы, а не от вашего супер-пупер-продукта! После этого можете выдвинуть гипотезу о том, какая система (назовём её целевой) может выполнить какие-то функции в этой надсистеме, чтобы та удовлетворила интересы найденных вами людей (это всё надо будет найти в жизни: какие-то объекты, которым вы присвоите эти типы из учебника/типы мета-мета-модели). Дальше вы задокументируете гипотезу о целевой системе и надсистеме в момент их функционирования/работы/эксплуатации/использования в виде концепции использования (это тоже тип — тип модели, описывающей поведение целевой системы в её окружении, подробней об этом будет рассказано дальше в нашем руководстве по системному мышлению, а также в руководствах по системному моделированию, методологии и системной инженерии). Реальные рабочие проекты в случае руководства появляются с самого начала, но основная польза для этих рабочих проектов появляются только тут, после появления состояния «освоил» — если и не весь материал, то хотя бы какие-то его составляющие.

Заниматься рабочим проектом приходится прямо в ходе освоения материала руководства/«стандарта лучшей практики»/«описания рабочего процесса»/регламента/учебника. Это отличает рабочий контекст от сугубо учебного контекста. Грубо говоря, будете сразу ездить не на учебном велосипеде, не заниматься учебным проектом, а сразу осваивать езду на настоящем велосипеде, с больными падениями поначалу: заниматься системным мышлением для вашего рабочего проекта. Без наличия рабочего проекта разобраться в системном мышлении нельзя, и у этого проекта есть две особенности:

• Это коллективный проект, а не одиночный (чтобы понять что-то про разделение труда, ибо системное мышление — оно про коллективную работу, командную, а не отшельническую)

• Это не проект личного развития, где целевая система — «я сам, любимый». Для личного развития в мастерской инженеров-менеджеров есть программа личного развития, там другие руководства.

Только в ходе достижения состояния «освоил» после «понял» тренируется главный навык системного мышления: системное моделирование как понятийное (управляемое типами) наведение внимания на главное/важное в рабочих проектах и игнорирование неглавного/неважного. Это системное моделирование как понятийное наведение и удержание внимания (собранность) на главном и отбрасывание неглавного нужно для борьбы со сложностью реального мира, для экономии мышления. Нужно уметь найти иголку в стоге сена: выбрать своим образованным/обученным/настроенным мышлением важные объекты реального рабочего проекта. Образованное/обученное/настроенное мышление — это знающее/понимающее и бегло умеющее сопоставлять объекты рабочего проекта с типами мета-мета-модели/понятиями из руководства по методам усиления интеллекта, в нашем случае — понятиями системного подхода, прежде всего перечисленными в разделе «Основные понятия системного подхода».

Дальше вы будете размышлять об этих объектах, а типы этих объектов будут подсказывать, о чём ещё нужно подумать, что ещё нужно учесть для выдачи как можно более точного прогноза будущей ситуации в проекте и планирования как можно более эффективных действий, которые приведут к успеху проекта.

В составленных какими-то авторами тренажёрных задачах тепличные условия, так как ничто не отвлекает от применения наставлений руководства — ни обилие незначимых деталей, ни отсутствие важной информации, которую ещё нужно найти, ни эмоциональное вовлечение в ситуацию. Например, вы понимаете, что надо определить метод, который задействует агент, работая в какой-то неизвестной вам проектной роли. Но попробуйте сообразить, каким методом пользуется начальник, который орёт на вас из вот этой неизвестной пока роли! Скорее всего, вы поначалу не будете способны это проделывать, будете отвлекаться на форму, ор начальника, ситуацию очень нервного разговора! Он орёт как «операционный менеджер»::роль для работ по «операционному менеджменту»::метод, потому как ты ломаешь ему ожидания по срокам выполнения работ, или как «инженер по требованиям»::роль в методе «инженерия требований», потому как не может сориентироваться до сих пор, как жить в мире без требований, ибо слишком давно учился и застрял в давно несуществующей профессии, инженерия требований как метод работы ведь давно умерла? Отвечать-то этим ролям нужно по-разному, это же ор не от того, что «я начальник, ты дурак», а от каких-то проблем в проекте! В тренажёрных задачах на вас никто не будет орать, будет время подумать — это не похоже на ситуации в реальных проектах.

У тренажёрных задач заведомо есть решение, а в жизни, в реальных проектах, существование приемлемого решения — не факт. Также не факт, что вообще решаешь правильную задачу. Сначала надо правильную задачу поставить, только потом решать!

«Проектное обучение» происходит именно тут, результат выполнения заданий руководства по работе в ваших реальных рабочих проектах и даёт искомую метанойю: нейронная сеть мозга инженера-менеджера научается думать системно, системное мышление после этого уже не требует осознанных усилий при рассуждениях, в том числе не требует усилий и для привязки его понятий к объектам окружающего мира. Это переход к неосознанной компетентности, мы можем также назвать попадание в состояние «освоил» при обучении системному мышлению системной метанойей. После системной метанойи вы смотрите на мир, в котором агенты-системы в графе создателей создают и развивают какие-то целевые системы, выполняя какие-то методы/практики/культуры работы в каких-то ролях, причём это происходит рекурсивно, то есть на многих системных уровнях. И при таком взгляде на мир предельно сложный мир будет представляться чуть менее запутанным и чуть более известным. Вы уже многое знаете о мире: вы знаете типы объектов, которые вы обнаружите в этом мире (системы: целевые, создатели, подсистемы, надсистемы), так что вас будет ждать чуть меньше неприятных сюрпризов, вы будете делать чуть меньше ошибок.

Поможет ли это вам в жизни? Да, вы будете конкурировать с другими агентами, у которых не будет такого преимущества. И вы гением не станете, но всё-таки станете умнее, и это даст вам определённое конкурентное преимущество перед другими агентами.

Особенности ответов на тренажёрные вопросы (quiz)

В практике/деятельности/труде/инженерии по какому-то методу обычно делается предположение об открытости мира⁴¹ (open world assumption): «что явно не описано, то просто не описано, но в мире может быть». Вася имеет три яблока. Можно ли ожидать, что у него четыре яблока? Почему бы и нет. Вы знаете, что у него есть три яблока, но про четвёртое яблоко ничего не сказано. Его у Васи может не быть, но оно может и быть. У Васи может быть и сто яблок, вам просто сообщили о наличии трёх.

Это существенно отличается от предположения о закрытости мира в задачах из учебников: «что не сказано, того просто нет». Алан имеет три яблока. Если у него четвёртое? Нет, конечно. Сказано же, что у него три яблока, а не два и не четыре!

Тренажёрные вопросы чаще всего составляются из предположения о закрытости мира, а опытные инженеры и менеджеры в предположении об открытости мира при ответах на эти вопросы начинают придумывать всё более и более необычные и маловероятные обстоятельства, логично ведущие к неправильным ответам. Их задача при этом не потренировать себя, а показать ошибку авторского ответа.

При этом неявно используется сила системного мышления. От ситуации, описанной в вопросе, идём мыслью наружу, в окружение. Но поскольку окружение не прописано явно, существенно меняем его, сочиняем: «вот если речь идёт о Юпитере, и пилот ракеты не боится огромной силы тяжести и играет на саксофоне в метановой атмосфере, то ваш правильный ответ будет неправильным, а мой неправильный правильным».

Желание инженера придумывать всё более и более экзотические обстоятельства, делающие наиболее вероятный ответ не слишком вероятным, побороть нельзя. Его как раз на такое тренировали много лет! Он же должен уметь представить свою систему работающей в самом разном окружении, представить самые разные причины, которые могут привести к поломке целевой системы — и затем изменить конструкцию системы так, чтобы она продолжала работать. Единственное, что можно посоветовать такому инженеру: помнить, что тренажёрные вопросы составлены исходя из посылки закрытого мира, а изобретение «возможных неучтённых обстоятельств» — это разворачивание посылки открытого мира, инженерная или менеджерская работа, а не работа по тренировке мозга в системном мышлении путём ответов на тренажёрные вопросы/quiz.

Действительно, маленькая вероятность обстоятельств к чисто формальной правильности ответа отношения не имеет (даже исчезающе маловероятное событие может быть формально верным, «логичным» в математической логике) и формально «математически» ученик может быть прав. Но в учебной жизни (а не в идеальном мире математики!) генерирование таких дополнительных маловероятных условий исходя из посылки открытого мира не помогает отвечать на тренажёрные вопросы, а только мешает это делать. В рабочей жизни, наоборот, может помочь учёт самых разных маловероятных условий, надо уметь представить себе самые разнообразные ситуации, в которые может попасть будущая система, которую ты только-только проектируешь и хочешь предусмотреть её работу в самых разных внешних условиях. Нужно чётко разделять эти две ситуации: ответы на тренажёрные вопросы в ходе обучения против проектирования/сценирования в ходе конкретного инженерного, менеджерского, культурного проекта.

Особое внимание нужно уделять тренажёрным вопросам на начальных стадиях обучения — когда правильный ответ интуитивно не ясен, не является шаблонным. Когда инженер-менеджер материал регламента/руководства/учебника/«описания процесса» знает плохо, он включает «смекалистый мозг» изменения предположений в том, что спрашивается. Он смотрит на 2*2 и начинает: «Это может быть любое число больше 1.0 и меньше 9.0, ибо мы же не знаем, насколько и как округлили исходные числа. И это может быть в ответе вообще что угодно, начинающееся и заканчивающееся на 2, ибо звёздочка не всегда означает знак умножения. Часто звёздочка означает любое количество символов. А ещё речь может идти о символьном умножении, поэтому ответом будет 22. И давай не будем разбирать ситуации, когда система счисления недесятичная, так и быть». Конечно, он достаточно смышлён и знающ, чтобы заподозрить в ответе 4, но и недостаточно уверен в этом ответе, чтобы не предположить дополнительных подвохов и не посочинять какие-то привходящие обстоятельства.

Обратите внимание на разницу:

• Подкручивать условия задачи, чтобы подогнать заранее выбранный тобой ответ под эти «дополненные условия», «трактовку текста задачи». В учебных кейсах это легко! Там же условие дано на трёх строчках текста, можно хоть две страницы приговорить «уточнений» и «трактовок».

• Подкручивать твой ответ, ибо он не подходит под жёстко заданную ситуацию из жизни: в жизни множество взаимосвязанных деталей, они известны, поэтому протрактовать условие тем или иным образом, чтобы «совпало с ответом» не получается.

А как надо? Надо уметь и одно, и другое!

Двое из десятка изучающих системное мышление инженеров-менеджеров текста руководства не читали (то есть читали по диагонали с экрана смартфона, когда у них было на это минут пять времени), но они хорошие инженеры-менеджеры, у них подвешен язык, они скептичны по отношению к материалу руководства (это ничего плохого, просто skeptic thinkers), но именно они обычно самые активные в группе. Эти «активисты со смекалистым мозгом» демонстрируют хорошее знание своего рабочего проекта (уровень мета-модели, знание предметной области) и плохое знание системного мышления (уровень абстракции мета-мета-модели). Присвоения типов системного мышления объектам рабочего проекта не происходит, а бойкий рассказ про проект на языке прикладной системной области без демонстрации типовых ходов именно системного мышления — он только доказывает, что овладения системным мышлением не произошло, понимания понятий системного мышления нет.

Результат — два балла по системному мышлению (что в мастерской инженеров-менеджеров не бывает, там оценки не ставят. А вот в МФТИ вполне может быть). Прикладное знание, то есть знание мета-модели (а также модели и даже экземпляров «для примеров») при этом может быть отличным! Но системности, то есть использования понятий системного мышления в рассуждениях с целью управления вниманием в проекте — нет. Отсюда вполне возможна эта парадоксальная ситуация: пять баллов за прикладное мышление, и два балла за системное. Хорошо делать своё дело, плохо вписываться в общий проект.

Цель «опытных инженеров» часто не столько поупражняться в системном мышлении и использовании его концептов, сколько попробовать «прогнуть» предлагаемые вопросы вместе с самими идеями системного мышления, испытать их на прочность формально-логичного «здравого смысла». Этим людям хорошо работать Беспристрастными Свидетелями (Fair Witness) из Хайнлайна: «Энн стояла на трамплине. Джабл крикнул ей: - Тебе виден тот дом на горе? Какого он цвета? Энн посмотрела и сказала: - С нашей стороны белый. Джабл обернулся к Джилл: — Вот видишь, Энн не стала говорить, что дом белый целиком. И вся королевская рать не заставит её сказать это до тех пор, пока она не пойдёт и не посмотрит. Но даже и тогда она не сможет утверждать, что дом остался белым после того, как она ушла»⁴².

И помним, что математически и физически правильные ответы могут быть системно неправильными: «дом состоит из молекул дома» — это абсолютно правильно в физике и математике, но в системном мышлении вам сразу ткнут в рассуждение с игнорированием системных уровней, укажут на ошибку. «Дом из кирпичей» тоже будет плохо. «Дом из стен, а стены из кирпичей» — вот это подойдёт. «Смекалистый мозг» тут же начнёт указывать, что пропущена крыша, крылечко, интерьеры и жильцы дома — дом состоит не только из стен, которые состоят из кирпичей. «Смекалистый мозг» не хочет разбираться с тем, что именно тренирует тренажёрный вопрос. А зря, надо просто учитывать: в вопросах — закрытый «игрушечный» мир, тренировка использования какой-то мыслительной операции из руководства по системному мышлению, а не тренировка смекалки. Вопросы на понимание наставлений руководства, знание терминологии и основных идей, а не на проявление смекалки. Не олимпиадные задачи, а тренажёрные вопросы.

Как мы могли бы с этим бороться? Очевидный неправильный ход — строго формализовать вопросы, добиваясь однозначности правильного ответа. Чем формальней будут поставлены вопросы «из учебника», тем дальше они будут от реальной жизни! Жизнь не формально-логична, жизнь вероятностна! Интересуют общие закономерности, наиболее часто встречающиеся случаи, а не маловероятные исключения и особые ситуации! Если рассмотреть вопрос о том, чем забивать гвоздь — молотком, камнем, подушкой, рукой, микроскопом, то ответ тут должен быть «молотком» (а не «молотком, камнем, микроскопом, и ещё рукой, потому что рука может быть в стальной перчатке от кольчуги»). Но если задача «чем забивать гвоздь, если вы оказались в дороге, и молотка нет?», то она будет иметь другие ответы! Вопросы ситуационны, они не абсолютны, их решения вероятностны, в учебных задачах требуется ответ с максимальной вероятностью, а не абсолютно верный единственный.

Наиболее надёжный способ избегать всего этого изменения предположений о ситуации («подкрутки условий задачи») вместо ответа на вопрос в целях тренировки какого-то отдельного наставления руководства — это использовать для решения задач ситуацию в собственном проекте. Реальную жизнь так просто не подкрутишь в части обстоятельств, поэтому придётся-таки решать задачу, а не подгонять ситуацию под предлагаемое какое-то решение, как происходит с учебными задачами. Так что в нашем руководстве значительное число заданий — это не ответы на вопросы с «ловушками» для «народного мышления», а предложение помоделировать свои рабочие проекты, задание поработать, но не абы как, а в соответствии с предлагаемыми методами мышления, методами моделирования. Рабочие проекты — это которые на работе, а не «учебные проекты» или «кейсы учебного курса». Всё из жизни, причём из вашей рабочей жизни (для личной жизни есть руководства программы личного развития), а не предложенное руководством.

Все учебные вопросы и даже рабочие задания — учебные/тренажёрные и рабочие, а не экзаменационные. Они дают лишь повод осознать и обсудить наставления руководства, наставить на правильный способ мышления, формализм «единственно правильного ответа» для них непринципиален и даже неверен.

Ещё один источник возможной «формальной нелогичности» системного мышления в том, что системный подход был изложен в стандартах и публичных документах, откуда мы берём его положения. В каждом таком стандарте и публичном документе набор понятий системного подхода представлен не весь, а небольшим кусочком. Эти кусочки, взятые вместе, не представляют из себя логически непротиворечивую систему концептов и их отношений. В разных текстах стандартов и публичных документов ещё была использована и разная терминология. Это удалось частично преодолеть при переводе на русский язык, но не полностью. Каждый стандарт имеет свой небольшой набор понятий, не претендующий на полноту и непротиворечивость с другими наборами понятий, только «для целей настоящего документа», и не более. Часто стандарт в разделе терминологии так и начинается, «для целей настоящего документа применяются следующие термины и определения/For the purposes of this document, the following terms and definitions apply» — предупреждение, что авторы стандарта не претендуют на всеохватность термина.

Вероятностная природа понятий и изложение на естественном (чаще всего — английском, а не русском) не слишком формальном языке только добавляет неопределённости. Перевод на русский язык тоже не добавляет формальности в изложении. В реальных проектах «из жизни» тоже очень трудно составить непротиворечивое системное описание ситуации (в реальных проектах разные люди используют разные версии самых разных методов, в том числе и разные версии методов системного мышления), так что использовать системное мышление будет много тяжелей, чем в специально составленных учебных вопросах. Поэтому задачи намеренно составлены не слишком формально, они тренажёрны, в них не ожидается «подвоха» на особенность и уникальность ситуации, но ожидается хорошее знание наставлений руководства.

Если вы не очень поняли, что требуется в качестве ответа на вопрос или какой должен быть результат моделирования в задании по заполнению табличек, задайте себе вопросы: «Что хочет проверить автор руководства из того, что я смог понять из его наставления? На понимание чего меня хочет натренировать автор руководства»?

Переход к использованию мышления

Чтения наставлений руководства абсолютно недостаточно — это как читать учебник по езде на велосипеде. Без практикования самой езды на физическом велосипеде это чтение не сильно помогает. Уметь отлично отвечать на тренажёрные вопросы/quiz тоже недостаточно — это как уметь ездить на велосипеде только по прямой, на специально оборудованной дорожке, да ещё к велосипеду в учебных целях прикручено третье колесо, для помощи в удержании равновесия. Нет, нужно сразу работать, а в ходе работы тренироваться в постановке задач в ваших рабочих проектах и системному мышлению в реальной жизни (ездить на велосипеде по бездорожью в горах) — и только тогда цветущая сложность рабочих проектов начинает отступать и поддаваться тренированному в системном мышлении мозгу. Все аналогии с программированием компьютера — ложь, у вас нейронная сетка, её не программируют, а её обучают, ей нужны демонстрация правильных и неправильных паттернов, и этих демонстраций должно быть некоторое количество, и эти паттерны надо уметь находить в жизни. Как сказал один из наших инженеров-менеджеров, который долго изучал анатомический атлас, а затем пошёл в анатомичку и препарировал там пару тел: «оно в жизни совсем не так выглядит, как в атласе». Действительно: возьмите карту и местность. Они выглядят совсем не похожими друг на друга! Читаете о мета-мета-модели, в жизни видите экземпляры объектов, они совсем по-другому выглядят!

В ходе системного мышления вам прежде всего нужно заниматься мета-моделированием, то есть «составлять таблички», и моделированием, то есть «заполнять таблички». Красивые диаграммы из квадратиков и стрелочек — это попсовое/бытовое/народное понимание системного моделирования. Таблицы и даже тексты тут более адекватны, их много проще менять в ходе эволюционной инженерии. Это «создавать и заполнять таблички» и есть системное мышление, всегда не просто «в голове», а «мышление письмом», «мышление моделированием». Задания на моделирование (заполнение табличек) в нашем руководстве — это и есть первые шаги в системном мышлении.

Чтение наставлений руководства — это вы не делаете «первые шаги», это вы просто читаете про «первые шаги». Даже ответы на вопросы — это ответы на вопросы о первых шагах, а не прошагивание этих первых шагов! А вот когда начали составлять и заполнять таблички примерно такие же и так же, как в наших заданиях на моделирование на материале ваших проектов — всё, это и есть «системно думать», это вы не читаете о первых шагах, это вы их уже делаете, уже шагаете по бесконечной дороге системного мышления!

В ходе освоения наставлений нашего руководства, освоения работы по методам мышления из нашего руководства вы уже получите пользу для ваших рабочих проектов от занятий моделированием, поэтому смело занимайтесь этим моделированием в рабочее время, а не в отдельное время «учёбы»! У нас стажировка, «обучение на рабочем месте», а не «учёба»! Конечно, вы можете читать наставления руководства и даже тренироваться в ответах на тренажёрные вопросы в отдельное «сверхурочное» рабочее время, которое вы хотите инвестировать в своё рабочее развитие, но вот выполнением заданий на моделирование по рабочим проектам надо заниматься прямо в рабочее время, это и есть приложение системного мышления к рабочим задачам. Если вы откладываете «на потом» задания по моделированию из нашего руководства, то это прокрастинация в квадрате: как прокрастинация вашего рабочего развития, так и прокрастинация сильного мышления в рабочем проекте, прокрастинация нанесения пользы вашему рабочему проекту!

Основных идей системного подхода немного, каждая из этих идей довольно быстро понимается. Если выразить системный подход в одном абзаце, то получится что-то типа «для успеха системы, то есть удовлетворения интересов внешних проектных ролей нужно понять функции работающей системы в её окружении (сделать концепцию использования), затем разобраться в том, как система функционирует внутри себя и предложить конструкцию системы, увязав с пространственной компоновкой и оценками совокупной стоимости владения (сделать концепцию системы). Принять архитектурные решения (принципы разделения на модули и организации связей между модулями, совокупность таких решений и есть «архитектура системы»), оценив множество конфликтов между системными уровнями и выбрав наименее плохие решения, ибо хороших решений не будет (никакой устаканенности, сплошные неустроенности!). Добиться детализации описания системы с точностью, достаточной для изготовления на выбранной производственной платформе — и изготовить. Получить основанное на каких-то свидетельствах обоснование того, что система успешна. Эксплуатировать систему, снова и снова повторяя всё сделанное для улучшения каких-то частей системы, а то и для полного изменения системы. И для всего этого надо иметь систему-создателя (чаще всего — организацию), которая всё это делает, выполняя самые разные работы по лучшим известным методам. Мышление про создателя устроено примерно так же — функциональные части там проектные роли, конструктивные части — оргзвенья. Это мышление и связанные с ним проектные действия по изменению физического мира проходят рекурсивно на многих уровнях рассматривания систем как частей надсистем и рассмотрения их как состоящих из частей-подсистем, а также выстраивания цепочек создания из систем-создателей».

Мы ещё несколько раз сформулируем эту цепочку рассуждений о системе, чуть более структурировано, в нашем руководстве она также называется «системная мантра».

Проблема даже не в том, что эти предложения в предыдущем абзаце сплошь состоят из терминов (вроде «концепция использования», «архитектурные решения», «производственная платформа»), значения которых нужно знать. Все эти положения глубоко связаны друг с другом и крайне редко используются поодиночке. Так что требуется некоторая беглость (fluency) в их одновременном и совместном применении — примерно в том же смысле, что и беглость пальцев в игре на рояле или наборе текста на клавиатуре, беглость в говорении на иностранном языке. Каждая клавиша на рояле или клавиатуре понятно как нажимается, любой котёнок может нажать клавишу! Клавиш не так уж много. Проблема только в том, чтобы разные клавиши нажимать вовремя, быстро и такие, какие нужно для получения музыки, а иногда нажимать несколько клавиш сразу (аккорд). На освоение компьютерной клавиатуры уходит несколько дней тренировки, но на освоение рояльных клавиш уходит несколько лет. В освоении системного (и любого другого) мышления, как и в освоении игры на рояле, нет царских путей, кроме как множества повторений каких-то операций мышления в ходе моделирования в разных ситуациях, получение опыта мышления с использованием системных понятий в жизни. Тренируются операции мышления прежде всего при составлении и заполнении табличек ровно вот так, как это происходит при выполнении заданий из руководства.

Каждая табличка задействует минимум три онтологических уровня моделирования:

1. тип типа, указанного в имени колонки таблички, в табличке не представлен никак, удерживается в голове составителем таблички

2. Имя типа в колонке таблички,

3. Объект в ячейке таблички типа, указанного в колонке таблички.

Обычно в рабочих проектах тип типа в колонке таблички — это тип из мета-мета-модели (набора понятий трансдисциплин интеллект-стека методов фундаментального мышления, даётся в наших руководствах по усилению интеллекта в рамках рабочего развития, включая наше руководство по системному мышлению), тип в колонке таблички — тип из мета-модели (модели прикладной предметной области рабочего проекта), а в ячейках — объекты предметной области. В нашем руководстве много табличек с похожей раскладкой типов по уровням абстракции (уровням мета-моделирования), но поскольку мы учим ещё и составлять таблички, в задании могут быть и другие варианты раскладки по уровням абстракции.

Увы, тренировка мышления с использованием типов мета-мета-модели интеллект-стека фундаментальных методов мышления занимает время. Поэтому интеллект желательно усиливать: учиться не только читать художественную литературу, обращающуюся к быстрому мышлению S1, но и литературу со строгой/формальной типизацией для развития медленного строгого мышления S2, а ещё надо привыкать самому писать тексты со строгим использованием типов, а также не только «продумывать в голове», но и документировать строгие модели.

Повторим ещё раз, это важно: не пишешь — не мыслишь, в том числе не мыслишь системно! Составление и заполнение табличек для рабочего проекта — это системное мышление, которое заключается в работе с трёхуровневой онтологией (трёхуровневой иерархией типов, трёхуровневой классификацией), и именно это и есть форма, в которой проходит системное мышление. Конечно, тут может быть множество вариантов, но наиболее типовой вариант выглядит так:

В этом примере:

• типы мета-мета-модели (понятия из наших руководств по рабочему развитию) как типы для колонки таблицы, удерживаются «в голове» и не представлены в таблице, вы их не обсуждаете с сотрудниками в рабочем проекте, если они не знакомы с системным мышлением. Но вы их используете сами для мышления! Системное мышление как раз в этом: оно будет невидимо в таблице, но будет присутствовать, оно нужно для присвоения типов объектам «колонка таблицы»!

• типы мета-модели (учебник по методам работы в какой-то прикладной предметной области проекта как метаУ-модель/«модель из Учебника для всех», типы каких-нибудь корпоративных регламентов/инструкций или даже стандартов как метаС-модель/«Ситуационная модель — как у нас», на картинке показали только тип метаС-модели) как тип ячеек, указываемый в имени колонки таблицы — и тем самым вы делаете присвоение типа для всех объектов в ячейках этой колонки.

• значения модели (никаких «мета») для каких-то объектов в ячейке из строк этой таблицы. Ещё нужно учесть отношение репрезентации между описанием в ячейке и каким-то описываемым объектом проекта, его в табличке нет, как нет типа мета-мета-модели. Но описываемый объект есть, в ячейке только его описание!

Это всё требует беглой работы не с понятиями системного мышления, а с типами — беглого владения «теоретической теорией» (theory theory в теории понятий)⁴³, а также иерархиями типов (онтология). Наставления по такой работе типами и онтологиями в программе рабочего развития даются в предыдущих руководствах по программе рабочего развития, освоение такой работы — обязательный пререквизит к освоению системного мышления по нашему руководству.

Беглость в мышлении важна. Если вам трудно заполнять таблички, а каждая табличка ожидается как приключение на три дня, то вы просто не будете системно мыслить. Если заполнять таблички — это для вас дело пяти минут на каждую табличку, то системное мышление у вас будет. Разница? В первом случае — нет беглости, во втором — беглость есть, ведь разница в скорости между «делаю первый раз» и «делаю сотый раз» вполне может быть на порядок, а то и больше. Это как перевод с иностранного языка: если вы за каждым словом лезете в словарь, на перевод одной страницы может уйти несколько дней, а если вы уже знаете язык, то вы просто внимательно читаете исходный текст и пишете текст на иностранном языке за несколько минут. В какой-то мере системное мышление — это тоже иностранный язык, вам нужно уметь переводить «с системного на предметный, и назад» (с разговора в типах мета-мета-модели/трансдисциплин на разговор в типах мета-модели/«прикладных дисциплин методов работы в предметной области проекта», и назад).

Вот из материалов Viewpoint Research Institute⁴⁴, тут обращаются к понятию hard fun (мы уже упоминали это понятие, предложенное Seymour Papert), системное мышление тоже hard fun:

Мы хотим помочь детям развить реальную беглость (fluency) во многих областях образования, включая мышление, математику и науки. Каждый из этих предметов не поддаётся «естественному обучению» (как учатся ходить и говорить). Довольно много времени и энергии нужно потратить, чтобы получить беглость выше пороговой. Тут интересное сходство с искусством, музыкой и спортом, для каждого из них также требуется довольно много времени и энергии, чтобы получить беглость. Эти искусства могли бы называться «трудное развлечение» (hard fun). Математики и ученые знают, что они занимаются искусством, равно как трудным развлечением. «Мышление» — это более высокая категория, чем «просто» математика, наука и искусства. Оно представляет синтез интуитивного и аналитического подходов к пониманию мира и поведения в нем.

Peter Senge в книге «Пятая дисциплина»⁴⁵ (1990) писал:

Недавно в ходе пятидневного вводного курса, проводимого Обучающим центром МТИ, одна женщина-менеджер из конструкторского отдела компании Ford лаконично сформулировала ситуацию: «Спустя пару дней, — сказала она, — я начинаю понимать, о чем вся эта история с системным мышлением и интеллектуальными моделями. Мне это напоминает время, когда я только начала знакомиться с высшей математикой. Сначала я чувствовала себя совершенно потерянной. Все это было мне совершенно чуждо. Но потом я начала «схватывать» суть. Через год я уже вполне владела основами этого дела. Через пять лет это стало основой моей профессии». Потом она добавила: «Если бы высшую математику изобрели сегодня, ни одна из наших корпораций не смогла бы ею овладеть. Мы бы посылали каждого на трехдневные курсы. Затем каждый получал бы три месяца на то, чтобы посмотреть, работают ли «все эти штуки». А когда выяснялось бы, что они не работают, мы бы начинали пробовать что-нибудь другое».

Если заниматься языками, то любой из них можно довести до уровня С1 (достаточный для поступления в европейский вуз) за год, если интенсивно заниматься — для языка без флексий (английский, испанский) нужно на это потратить 600 часов, с флексиями (русский, немецкий) 1100 часов, для языков совсем другой структуры (китайский, японский) 2200 часов. Если заниматься год, то в день нужно тратить примерно 1.6, 3 и 6 часов соответственно, и в интернете можно найти достаточно примеров, как мотивированные люди выделяли примерно такое время в своём расписании и достигали успеха. Чтобы достичь в языке мастерства, нужно потратить порядка 10000 часов (это весьма спорное утверждение, но порядок величины верный) — то есть заниматься языком несколько лет. И в случае иностранного языка это даже не «мыслить» и не узнать о каких-то новых вещах и их связях, это просто «переназвать известные уже вещи другими словами»! Системное мышление относится к того же сорта методам: его нужно практиковать, чтобы добиться беглости использования в жизни, а не «мыслить со словарём» в тех случаях, когда «решили, что в этом случае нужно применить системное мышление». И помним, что кроме системного мышления нужно добиться беглости ещё и в других приёмах качественного фундаментального мышления. Например, представлять содержание методов системной инженерии, да и просто быть собранным, чтобы удерживать внимание в длительных раздумьях и мочь одолеть в три (а не тридцать три) приёма по нескольку часов каждый книжку на 200 страниц, а не отвлекаться на социальные сети каждые пятнадцать минут и мочь одолеть в три приёма только сериал на пять сезонов.

Ситуацию, когда системное мышление имеется на уровне осознанной компетентности («понял») но, увы, не беглости во владении («освоил»), при этом в рабочих проектах не применяется, несмотря на его понимание, мы вообще рассматривать не будем. Вопрос «а в каких проектах использовать системное мышление?» примерно такой же, как «а в каких проектах нужно думать?». Управление вниманием при помощи набора понятий системного мышления используется во всех проектах, нет ведь проектов, которые лучше выполнять с безалаберно выбираемыми из окружающего мира объектами, бездумно забывая самые разные важные для выполнения проектов методы работы — то забыть проверить воплощение системы на работоспособность (выполнить работы метода инженерных обоснований — тестирование, испытания, трактовку результатов испытаний), то забыть необходимость набрать и организовать команду для выполнения проекта (удивительно, но это бывает довольно часто: проект вроде открыт, а командой в нём никто не озабочен, ресурсов на это не выделяется, ожидается выполнение его уже на 100% загруженными другой работой агентами).

Хотя да, проект чистки зубов утром можно выполнять без системного мышления. Но такие проекты доступны даже детям в детских садах, эти проекты вообще не требуют сильного интеллекта. А вот где требуется интеллект, там осмысленно задействовать системное мышление. Нет в жизни деления на проекты, где мозг включать осмысленно, и где его включать не осмысленно. А уж когда в проекте участвуют несколько человек, то системное мышление поможет даже в минимальных дозах: оно хотя и не скажет, куда именно надо идти, но даст карту местности и тем самым не даст заблудиться или уйти в центр болота.

Задания: невидимость системного мышления для окружающих.

Поставьте отметки о достижении состояния:

1. Написан пост о невидимости системного мышления для окружающих. В руководстве написано: «типы мета-мета-модели (понятия из руководств нашей программы рабочего развития) как типы для колонки таблицы, удерживаются «в голове» и не представлены в таблице, вы их не обсуждаете с сотрудниками в рабочем проекте, если они не знакомы с системным мышлением». В посте отражён свой опыт как ответы на вопросы: удаётся ли вам не использовать типы из наших руководств в обсуждениях? А используете ли вы их, когда размышляете сами?

Искушение сложностью

Частая ошибка у начинающих системных мыслителей — это выбор для первых проб системной мысли предельно сложных случаев, которые будут трудными и для опытных системных мыслителей. Прежде всего это ситуации, связанные с длинными последовательностями обработки данных в каких-то программах. В IT-проектах часто речь идёт не о физическом мире, а о манипулировании длинными цепочками описаний (цепочка — это когда одно описание описывает не физический мир, а другое описание, то другое описание тоже описывает ещё какое-то описание, и так далее), которые хранятся в базах данных различных приложений, как-то связаны с реализованными в софте алгоритмами и неочевидно связаны с физическим миром.

В наших руководствах чётко говорится о том, что системы физичны. В некоторых школах системной мысли допускаются нефизические системы, но не у нас — обычно это ведёт не к строгим рассуждениям, а неформальным фантазиям, отрыву от физической реальности, отсутствию заземления/grounding. В нашем руководстве будут даны ссылки на исследования по будущим поколениям системного мышления, в которых допускается мысль о том, как думать про части и целые для описаний. При этом привязка к реальности осуществляется через понимание, что об этих частях и целых думает какой-то физический агент. Но это явно сложный случай, это фронтир системного мышления, который пока не попадает в учебники.

Софт и базы данных этого софта — это описания, и не всегда это описания физического мира, часто это ещё и описания других описаний. В случае софта «дотянуться мыслью до физического мира» часто означает ещё и разобраться в инженерии предприятия, которое будет использовать софт, то есть подразумевает какое-то знание менеджмента. Терпения и квалификации распутывать эти длинные цепочки описаний и прихватывать знания прикладной инженерии самых разных систем (включая сложнейшие системы-предприятия, системы-личности) у начинающих мыслителей не хватает, предупреждение об осторожности при работе с айтишными проектами на них не действует. Поэтому они сразу говорят «моя целевая система — это программа, реализующая алгоритм (описанная алгоритмом)», хотя в нашем руководстве есть обсуждения многочисленных ошибок, которые часто появляются, когда делают такие заявления — но эти ошибки становятся понятными чуть позже, сначала же не воспринимаются инженерами-менеджерами, как ошибки.

То же самое относится к мастерству как целевой системе, ибо это такая же «программа, реализующая алгоритм какого-то метода», только не для классического компьютера, а для агента на базе нейросетевого вычислителя (человека или робота) и инструментов. Иногда первой же целевой системой выбирается какое-то сообщество или даже общество в целом: система, состоящая из множества индивидуальных агентов с сильным интеллектом, причём с неясными границами. Примерно так же сложен случай целевой системы «интернет» или какой-нибудь другой компьютерной сети.

Это как первоклассник музыкальной школы берёт сыграть на рояле в качестве первой пробы услышанный по радио свежайший оркестровый хит — да, прямо все инструменты в этом оркестре, вот давайте попробуем на моём рояле, ответьте мне, как мне это сыграть сегодня к вечеру, особенно вот эту чудесную партию барабана! Преподаватель может лишь печально сказать, что сейчас — никак не сыграть, и особенно партию барабана. Разбирательство со сложными корпоративными айтишными проектами и агентами-людьми — худший вариант для начала работы с системным мышлением. Увы, это замечание мало кого останавливает. Но оно есть, вернитесь и перечитайте. Наверняка где-то у вас есть в большом рабочем проекте небольшой подпроект, где участвуют отдельные системы, для которых вам легко определить их границы в пространстве-времени (мебель в кабинете, физический компьютер с блоком питания, здание), то есть по поводу которых легко договориться, какие именно физические объекты являются этими системами. Вот их и берите для начала.

По определению сложны орг-проекты, ибо в них задействованы люди. Людей очень, очень трудно моделировать, ибо личности в разы сложнее уровня классических киберфизических систем. У нас есть руководство по инженерии личности, где об этом говорится подробней, но работу по его наставлениям надо осваивать уже после освоения работы по всем предыдущим наставлениям программы рабочего развития.

Мастерство — это часть личности, которая в свою очередь — часть агента. Кроме мастерства как реализованного «аппаратурой» вычислителя, в агенте есть ещё и его организм, собственно аппаратура. Получается, что агент с сильным интеллектом (например, человек) — это программно-аппаратный комплекс, в котором личность — это «софт», а «мастерство» — это одно из приложений/application program в этом софте. Это не так сложно, через пару-тройку месяцев изучения системного мышления это должно быть понятно. Но вот сразу брать систему «мастерство» и «личность» в качестве целевой системы — это сразу получить много-много ошибок. Как на горном велосипеде вместо попыток проехать первые в жизни сто метров по ровной дороге сразу идти на самую сложную трассу самой крутой и дикой горы. Это, конечно, можно делать, но тогда надо быть готовым к синякам и переломам.

Организация — это следующий за личностями системный уровень, то есть ещё более сложный (нужно понимать неустроенности/frustrations, возникающие между людьми и организацией, организацией и окружающими её сообществами, а также обществом в целом). У нас есть руководство по системному менеджменту, оно наставляет в инженерии организаций. Там основная идея в том, что функциональные системы — это выполняющие какие-то методы/практики работы организационные роли, а вот оргзвенья — это подразделения, комиссии, рабочие группы проекта. И минимальным оргзвеном там будет человек или AI-агент. Аналогом «мастерства» там будет «оргвозможность» организации осуществить работы в какой-то роли по какому-то методу. Эта «оргвозможность» как раз будет состоять из скоординированного и поддержанного ресурсами и полномочиями мастерства агентов, составляющих оргзвено. То есть все сложности с «мастерством» остаются, только они умножаются оттого, что в организации координируется работа самых разных агентов в тот момент, когда они задействуют своё мастерство в работе. «Задействуют в работе» — мы же помним, что «метод/культура/стиль/стратегия работы» отличаются от самой «работы»? Подробности на эту тему отличия, конечно, будут, но они главным образом будут раскрыты в руководстве по методологии, а методологическое мышление вы будете осваивать после системного мышления. Так что выбирать организацию целевой системой мы не рекомендуем. Особенно мы рекомендуем не выбирать организацию целевой системой личностям, считающим себя менеджерами, это у них распространённая ошибка.

У менеджера, который считает своей целевой системой организацию, эта организация работает отлично, только там беда: выпускаемые ей инженерные системы не работают, как надо. Люди в организации накормлены, станки смазаны, компьютеры жужжат — с организацией всё отлично, но вот с продуктами и сервисами беда, ибо во внимание менеджера она не попадает, так что организация у нас не целевая. Целевая система организации, продукт предприятия (в том числе продукт, который организация меняет своим сервисом) — вот это должно быть целевой системой даже для менеджера, а сама организация — это просто «его система».

Нужно иметь определённые знания и опыт для мышления о системах разной природы с участием классического компьютерного софта и не очень классического «знаниевого софта» для агентов с сильным интеллектом (людей, организаций, AI-агентов, коллективных систем из людей, организаций, AI-агентов). Важно, что «знания и опыт», а не просто «жизненный опыт». Нужно уже иметь достаточно сильный интеллект, ибо поведение людей и AI-агентов удивляет своим разнообразием и даёт неожиданности в проектах. Интеллект нужен, чтобы разбираться в этих неожиданностях, решать многочисленные проблемы. Если у вас в проекте молоток, то он будет вести себя примерно так, как описано в учебниках про молотки. Если у вас Вася или Даша, то они будут вести себя совершенно необязательно так, как написано в учебниках про людей. Более того, они намеренно будут вести себя не так, если будут знать, что вы хотите ими проманипулировать на основании знания из учебника. Вы же и сам такой, почему бы им тоже не быть такими? Если у вас организация из пары тысяч Вась и Даш, то она тоже может вести себя не так, как вы ожидаете — и сильный интеллект (включая владение системным мышлением) вам поможет разобраться.

Но кроме интеллекта вам нужна какая-то знаниевая опора в мышлении об этих сложных объектах, мастерство в методах работы с ними. Наши руководства по системной инженерии, инженерии личности, системного менеджмента (как инженерии организации) вам в этом помогут. Осваивать работу по этим руководствам вы будете только после того, как закончите осваивать «мыслительный минимум» по линии усиления интеллекта, они не случайно даются последними в программе рабочего развития.

И всё-таки большинство первых систем, о которых хотят думать новички в системном мышлении, оказываются системами с софтом и людьми, ибо мы работаем в мире, в котором окружены софтом и людьми, а с недавнего времени и «нежитью» (софтом AI, который больше похож по поведению на людей, чем на классический компьютерный софт). Мы, конечно, пытаемся наставить в наших руководствах по рабочему развитию как думать о софте, людях, AI-агентах и созданных из них организациях, но сразу предупреждаем: иметь такие системы как целевые очень сложно в качестве первых примеров системного мышления. Музыканты не начинают осваивать мастерство игры, пробуя сыграть опусы Шопена. Первокласснику не нужно брать решать дифференциальные уравнения, ему сначала нужно тренироваться на арифметике! Но если у вас именно такой рабочий проект, то предупреждаем: будет очень трудно, но будет и несомненная польза, если потратите достаточно времени, чтобы «прорваться».

Если речь идёт о городе (сообщество) или стране (общество), то ситуация ещё более сложна в системном моделировании, чем ситуация с предприятием. В предприятии вы ещё сможете на что-то влиять, ибо там предусмотрены способы выдачи поручений — люди организованы. Если люди не организованы (непонятно, кто начальник и кто подчинённый в каких-то вопросах, нельзя поручить работу), то возможности целенаправленного действия одного человека или даже команды людей малы (если вы, конечно, не командир небольшого вооружённого отряда, финансируемого отнятыми у налогоплательщиков деньгами). Ваше мышление о сообществах и обществах будет непродуктивно — мышление начинающих системных мыслителей будет изобиловать ошибками ввиду чрезвычайной сложности таких ситуаций.

У разных агентов, которых вы хотите инженерно организовать в вашем проекте создания сообщества или общества, будут обнаружены разные предпочтения, они все сами и без вас пытаются что-то сделать для реализации своих «хотелок» разного уровня продуманности, они не ждут ваших действий и заведомо (часто справедливо) считают их непродуманными и не отвечающими SoTA (лучшим известным на сегодня, State-of-The-Art) методам работы, не считают их стильными/культурными, не ждут, пока вы о них всех системно подумаете — они не мечтают, чтобы вы планировали их жизнь и наверняка будут яростно сопротивляться вашим предложениям. Точно так же будете действовать и вы, когда кто-то из осваивающих работу по наставлениям из наших руководств решит пропланировать вашу жизнь, а потом будет настаивать на выполнении этих планов. Вот вы и не планируйте жизнь каких-то малоизвестных вам лично людей, ни в собственной стране, ни в соседней! Разберитесь сначала с «железными» простыми системами, потом с собой как личностью (вы же тоже не любите выполнять составленные вами для себя планы, выполнять выданные себе рекомендации!), потом научитесь организовывать небольшие команды, потом большие организации, а там и силами таких организаций у вас будут возможности что-то существенно поменять в их окружении, то есть в сообществах и обществах.

Вернитесь и перечитайте эти предупреждения: там, где много информационных технологий (включая AI-агентов) и людей (а часто в проекте есть и софт, и люди, и AI — причём что-то из этого даже не замечают, «рыбка воды не замечает», даже вы сами — это люди, и ваша работа поддержана софтом), будьте осторожны с первыми примерами системного мышления. Не берите такие примеры. Не начинайте со своего самого запутанного рабочего проекта, вы только разочаруетесь. Если вы вчера начали изучать суахили, не ввязывайтесь в ситуацию синхронного перевода на бизнес-встрече военных с коммерсантами, кроме неприятностей из этого ничего не получится. Подождите, пока вы не достигнете какой-то беглости. Тренируйтесь на более простых проектах, где поменьше информационных технологий и поменьше людей.

Конечно, при этом появляются огромные трудности в организации обучения: у человека максимальные сложности в его текущих проектах, и учит он средство уменьшения этой сложности, но как раз в этот эпицентр сложности с его текущим умением ему попадать нельзя, нужно до этого хотя бы немного потренироваться на более простых примерах!

Системное мышление — это не единственное руководство по интеллект-стеку фундаментальных методов мышления из нашей программы, который нужно бы пройти современному инженеру-менеджеру. Всего освоение руководств программы рабочего развития занимает примерно год при выделении двух часов в неделю на пятидневке. Для этого нужно изменить образ жизни и стиль работы, ибо откуда-то эти несколько часов нужно взять, как-то переустроить своё типичное дневное расписание (скорее всего, как личное, так и рабочее).

Это как проходить стажировку, когда уже имеешь некоторый опыт работы: важно, чтобы получить другие рабочие, а тем самым и жизненные возможности. Освоение новых методов мышления вообще-то неблагодарное занятие: если вы занимались этим целый рабочий день с утра до вечера, то вас похвалить будет некому — это не физическая работа с материальными хорошо наблюдаемыми результатами (вроде колки дров или рытья канавы), которую можно существенно продвинуть за пару дней так, что всем будут заметны результаты. Нет, придётся потратить много дней без немедленных наград. Зато это позволит потом претендовать на другие работы и принципиально другой уровень наград.

Для освоения руководства по системному мышлению есть обязательный пререквизит: освоение рациональной работы по начальным руководствам программы рабочего развития. Эти руководства в том числе учат тому, как найти время для дополнительных усилий по освоению мыслительной работы не «по наитию», а по нашим руководствам программы рабочего развития. Этому также учит программа личного развития.

В ходе освоения наших программ развития вы получаете следующие квалификации:

• Программа личного развития: освоение мастерства менять себя, любимого, к лучшему.

  • ученик — и там много градусов/степеней/degrees (всё это синонимы, от латинского gradus «шаг, ступень, степень, градус», далее от gradī «шагать, ступать, продвигаться» (восходит к праиндоевр. *ghredh- «идти»). Поэтому раньше степени переводили как градусы. Ученик на выходе должен продемонстрировать, что он умеет полноценно выполнять роль ученика: осваивать какую-то предметную область, тратя на это (если это не «интенсив», а «просто таким образом живу») от двух часов в день. Например, это мастерство начать осваивать какое-то руководство, и не «соскочить» на середине. Тут мы тоже склонны говорить не об обучении быть учеником, а о стажировке у нас в мастерской инженеров-менеджеров: это больше передача культуры постоянного обучения чему-то новому, постоянного личного развития, постоянного инвестирования времени в себя-будущего.

• Программа рабочего развития: освоение мастерства менять окружающий мир к лучшему, работая в какой-то организации инженером, менеджером или кем-то ещё, выполняя работу в коллективном проекте.

  • работник — в какой-то организации может работать рационально, удерживая не только свои личные цели, но и цели организации в целом (подстраиваться под ограничение потока работ). Впрочем, работник ещё может и многое другое (скажем, быть собранным, удерживая внимание на важных объектах, а также явно указывать на важные объекты, сообразуясь с их типами — мета-моделировать), а поскольку он стал производительней и точнее в разговоре, то результаты его работы немедленно замечаются окружающими. Это в значительной мере потому, что работник освоил начальные руководства программы рабочего развития, посвящённые рациональной работе и азам моделирования.

  • стратег — рационально выбирает метод и предмет работ в ситуациях неопределённости, обладает системным мышлением (всегда сначала смотрит на систему в момент её эксплуатации как на чёрный ящик в окружении, а потом уже разбирается с тем, как она устроена и что там внутри системы — и не забывает посмотреть на то, что делают создатели системы). Это в значительной мере от того, что освоил руководства по системному мышлению, системному моделированию и методологии. Руководство по методологии как раз заканчивается разделом по теории стратегирования, вот отсюда и название степени квалификации. Наши нижние степени рабочей квалификации (работник, стратег) намеренно звучат как продвинутые: единомышленникам разобраться нетрудно, но инженерам-менеджерам, достигшим этих степеней, будет довольно легко этим похвастаться, «в мастерской инженеров-менеджеров у меня рабочая квалификация стратега» (более официально будет «квалификация по рабочему развитию — стратег», но «рабочая квалификация стратега» вроде как звучит помягче и внушительней).

  • специалист — разобрался с обобщённым инженерным процессом и разделением труда. Это в значительной мере от того, что освоил руководства инженерного цикла (сейчас это руководства по системной инженерии, инженерии личности, системному менеджменту) как изложение некоторого набора теорий о лучших методах организации работы себя и других. Пока ничего не изменил в плане принятия методов из руководств всерьёз — не изменяет ни своей культуры инженерной работы, ни культуру работы других. Тем не менее, «знает теорию», то есть содержание текста руководства, начитан, эрудирован, имеет хорошо подвешенный язык. Разве что агентности по отношению к миру нет: собственных инициатив по изменению себя и мира к лучшему, которые выходят на уровень реальных изменений, а не просто размышлений.

  • практик — освоил руководства инженерного цикла, принял всерьёз для изменения собственной культуры работы: «договорился со всеми», организовал до десяти своих подчинённых. Окружающие замечают, что стажёр поумнел, его производительность выросла, «стал другим человеком».

  • мастер — прошёл программу, организует работу предприятия (от десяти человек, «договорил всех», включая не своих подчинённых, но и коллег, и даже людей выше себя по уровням иерархии: дело тут в не «начальственности», а в наставничестве и далее надзоре: умении научить других людей работать по-новому для них, организовать по-новому, число этих людей, для которых меняется их способ работы, обычно насчитывает десятки человек). Мастера у нас получают право быть наставниками, ибо они уже имеют достаточный собственный опыт в том, как работать с использованием наших методов мышления и картины мира. Тут мы используем другое значение термина «мастер»: не просто тот, кто освоил какое-то мастерство, но как название степени квалификации в мастерстве. Несколько разных значений термина «мастер» раскрываются в руководстве по инженерии личности.

  • реформатор — это просто мастер с масштабами побольше: реформатор изменяет не только культуру работы своего предприятия, но и культуру сообщества, выходящего за пределы предприятия.

  • революционер (менее пафосно — «общественный деятель») — это ещё один рост масштаба: он даёт вклад (impact) в мировую культуру, в мировую цивилизацию, попадает в энциклопедию.

• Программа исследовательского развития: освоение интеллект-стека фундаментальных SoTA методов мышления, пока у нас в этой программе только одно руководство по интеллект-стеку методов мышления, но этих руководств планируется побольше.

  • исследователь: создание собственных прикладных или даже фундаментальных моделей мира, теорий, а также их документирование в форме руководств. Если теорию не документировать в форме руководства по деятельности, её много труднее принять всерьёз — и вновь созданная теория никак не повлияет на изменение мира к лучшему.

Моделирование: выбор рабочего проекта

Выберите рабочий проект, которым вы будете заниматься в ходе освоения системного мышления, а также дальше, в ходе освоения системного моделирования. Проверьте, чтобы целевой системой было что-то физическое, что легко показать окружающим (не текст, не информационная модель, не исходный код программы! Если это что-то «информационное», то попробуйте понять, какой объект описывает эта информация, и так дойдёте до физического мира). Целевая система — это не поведение, не путаем бег и бегуна. Целевая система не может быть характеристикой — не путаем «повышение мощности», «мощность» и ту систему, у которой мощность будет характеристикой, а уж «повышение» будет характеризовать то, что вы делаете с этой характеристикой. Если у вас систему использует «пользователь», постарайтесь его конкретизировать для определённого действия с системой (у игры не просто «пользователь», а «игрок»).

Применимость системного мышления: везде и всегда

Последнее препятствие для того, чтобы мыслить системно — это просто отсутствие такого мышления, необращение при рассуждениях к типам системного мышления. Вы просто не ищете в мире целевые системы, не рассматриваете сначала их системное окружение в момент эксплуатации (даже если эксплуатация будет только в будущем), затем не рассматриваете их части-подсистемы, методы их создания, и только потом обращаете внимание на создателей. Автору встречались случаи, когда люди тратили много времени на освоение системного мышления и даже достигали некоторой беглости в его использовании в тот момент, когда им явно указывалось на необходимость каких-то системных рассуждений в сложной ситуации. Но в критических ситуациях собственных рабочих проектов они просто забывали его использовать! Это неудивительно и даже неспецифично для системного мышления: обычно люди знают, как хорошо выполнить то или иное дело, но только мастера реально используют это знание, часто абсолютно автоматически — на то они и мастера.

А не-мастера о правильных приёмах работы и мышления обычно знают, но просто забывают их применить, или им это лень делать, потому как неавтоматическое рассуждение S2 очень трудоёмко по сравнению с интуициями S1.

Вот это чувство потерянности после начала освоения нового мастерства (давайте поглядим на вас через пару недель — вы ещё будете изучать наше руководство? Тратить пару часов в день на работу по его наставлениям?), невозможность реорганизовать свою жизнь с выделением достаточного времени для освоения сложного метода работы (известно же, что иностранные языки в школе и вузе учат годами — но так и не выучивают. Но если заняться как следует, например, в целях эмиграции, или для использования в работе, то всё получается!), неиспользование результатов долгого обучения в рабочих проектах обычно связаны с одной причиной: непониманием, зачем эти новые обширные знания нужны, зачем использовать системное мышление. Живут же люди без этого системного мышления, и неплохо живут! Действительно, живут как в биологии: и бактерии живут, и простейшие, и насекомые, и млекопитающие, и люди. Причём люди живут очень по-разному, но живут!

Резюме тут простое: если хотите меньше допускать ведущих к неэлегантной работе ошибок в сложных коллективных проектах, то освойте системное мышление, а потом используйте его в жизни, всю жизнь, во всех проектах. В какой-то реальной сложной ситуации привычка системно мыслить вас спасёт: вы не сделаете глупых ошибок и не потратите силы и время на переделку уже сделанного даже в тех ситуациях, которые окружающим вас людям будут казаться очень сложными. Вы получите конкурентное преимущество перед более медленными в их мышлении людьми (а иногда и AI-системами). Если в этом месте вы скажете «миллиардеры не знают системного мышления — но они миллиардеры», то вам надо на программу личного развития, про личный успех — это туда. Тут мы обсуждаем рабочее развитие. Без системного мышления сложный софт не заработает, ракета не полетит, в этих проектах не полагаются на удачу, тут полагаются на безошибочное мышление.

Главная ошибка в оценке применимости системного мышления — это принять его за прикладной метод мышления, срабатывающий только для какого-то систем какой-то одной природы, одного вида. Например, систем только одного масштаба и сложности, скажем, только для «железных» инженерных систем, или только для софта, или только для менеджмента. Нет, системное мышление — это набор приёмов мышления из фундаментальных методов мышления. Фундаментальные дисциплины/теории поэтому и называют трансдисциплинами, что они лежат «по ту сторону» от традиционных предметных/прикладных теорий/объяснений/дисциплин, дающих знания методов работы для систем какой-то одной природы, одного масштаба систем, какой-то одной предметной области.

Понятия системного подхода вводятся и используются во многих фундаментальных дисциплинах методов мышления интеллект-стека, начиная с физики, которая вводит само понятие «система». Эти понятия используются для управления вниманием/дают удобную систему типов для важных объектов в условиях наличия в конкретном проекте множества прикладных предметных областей и задействования тем самым множества прикладных методов мышления и действия. В проекте происходит инженерная работа с конкретными видами систем (розами, пароходами, транснациональными холдингами, клиентурами, городами, странами), требующая задействования огромного числа самых разных методов многими организационными ролями агентов-создателей. Создатели могут также создавать (часто не с нуля, но всё одно — менять воплощение) друг друга, образуя сложные графы создателей, где в узлах — создатели и узлы связаны отношением создания: «Иван обучил::создание Машу программированию станков, Маша запрограммировала::создание станок, станок изготовил::создание деталь №3».

Помним, что если даже вы занимаетесь розами, то систему-розу в системе-саду должна вырастить система-садовник, а систему-садовника тоже кто-то должен развить — и систем в рассмотрении у вас сразу стало четыре (если вы их записываете, то удержать во внимании вы легко сможете их все). Прикладные методы/практики/деятельности/культуры работы тут будут для изменения в физическом мире:

• роз (например, розы надо подвязывать — выполняется садовником),

• садов (например, разбивать на местности, определяя где там розы — выполняется садовником, но сады не получится подвязывать),

• садовников (например, их надо учить садоводству — выполняется тем, кто учит садовников, но садовников не получится подвязывать или разбивать на местности),

• тех, кто учит садовников (например, их тоже надо учить преподаванию, чтобы они умели учить садовников, но мы это даже не упомянули, что кто-то это должен тоже делать — это будет пятая система, и дальше эту цепочку можно продолжать, «учителей для учителей» тоже ведь надо готовить).

Когда это записано, разобраться просто. Системное мышление помогает нарезать мир на объекты, которые удобно обсуждать — но главное, помогает найти важные объекты. Так, в примере про розы мы по факту «автоматически» задали вопрос про пятую систему (того, кто учит агентов, которые будут учить садовников), которая была вне внимания в начале рассуждения. Это огромная ценность: таракана в тарелке супа вы легко заметите, он там лишний, а вот отсутствие соли или кореньев в супе — нет. Суп просто будет невкусный, но чего в нём не хватает, почему невкусный? Заметить то, чего в проекте забыто, а должно бы быть — сила системного мышления в этом. Если в проекте забывают удерживать внимание на целевой системе в её окружении на момент эксплуатации (это трудно, ибо системы-то ещё нет!), то получается на выходе проекта не столько хорошо работающая система, сколько система, которую легко и удобно сделать (если не помнить, что суп при готовке придётся есть, то можно не посолить суп, не положить в него кореньев — это ж «лишняя работа», поэтому о ней легко просто забыть). Системное мышление это обязательно поправит, напомнит о забытом. Девять раз из десяти это будет банальным, а в десятый раз — спасёт проект.

Управление вниманием может быть довольно сложно даже в простом проекте, где один человек играет множество ролей и управляет своим собственным вниманием, распределяя его по объектам нескольких предметных областей, которые могут быть в этом проекте. Поле с пшеницей и агрономия, команда фермерского хозяйства и менеджмент как инженерия предприятия, маркетинг как инженерия клиентуры, финансовая инженерия для организации инвестирования в фермерское хозяйство, инженерия киберфизических систем для агроробота — всё, «простой» проект сразу становится не очень простым. Системное мышление как минимум позволяет эту «непростоту» отследить и организовать мышление так, чтобы справиться с удержанием в голове (и записях в компьютере в помощь голове!) всего проекта в целом, во всём его многообразии.

Вопрос типа «как я могу оценить применимость системного мышления для своей конкретной задачи-проблемы» как раз показывает это непонимание разницы между фундаментальным знанием и прикладным знанием. Давайте заменим «системное мышление» на «управление вниманием» и спросим ещё раз: «как оценить применимость управления вниманием в моей конкретной задаче-проблеме»? Вроде как так не говорят, смысла ведь в таком вопросе нет, ибо управлять вниманием нужно всегда, в любых задачах-проблемах. Вопроса о «применимости» тут просто не возникает. Так же точно не возникает вопроса о применимости логики, ибо фантазировать в рассуждениях на работе нехорошо, логику нужно задействовать во всех рассуждениях. Вот и понятия системного подхода применять (то есть присваивать объектам проекта типы системного мышления) нужно так же: всегда, как логику, как управление вниманием! Собственно, это и есть управление вниманием: понятийное (направленное типами мета-мета-модели) управление вниманием. Вот прямо так и думать в ходе проекта, всё время направляя своё внимание на объекты, указываемые типами из руководства по системному мышлению. Вы как раз это руководство сейчас и изучаете, хотя до собственно понятий системного мышления (система, окружение, эмерджентность, …) мы ещё не дошли, они будут разъясняться со следующего раздела.

Наше руководство системного мышления наставляет на рабочее системное мышление, поэтому подход в нём инженерный (цель: изменение мира, даже если речь идёт об изменении людей — это всё равно инженерия). Это не руководство по истории системного мышления, поэтому мы не приводим подробные описания общей теории систем, не цитируем Берталанфи, не рассказываем много о теориях систем других мыслителей прошлого века, не рассказываем много о причинах неудачи кибернетики как чуть ли не синонима системной науки. Руководство наставляет в том, о чём надо думать, когда что-то делаешь. Если работать по этому руководству, то ровно так и надо думать в ходе работы, как говорят его наставления! Но руководство не наставляет в том, как именно делать что-то прикладное: какими прикладными методами выполнять работы проекта, какие в проекте занимать роли. Это оставляется на ваше усмотрение.

Руководство по системному мышлению (и далее руководство по системному моделированию) — это не руководство по методологии, системной инженерии, инженерии личности, инженерии организации (менеджменту). Это будут другие руководства, которые вы освоите после того, как освоите системное мышление. В нашем руководстве мы наставляем только о том, как думать о мире в терминах систем. За пределами нашего руководства также остаётся всё не относящееся к понятиям системного подхода из фундаментальных дисциплин методов мышления интеллект-стека. Например, мы не рассказываем подробно теорию принятия решений из рациональности, не даём основы риторики. Руководство также не по прикладным методам работы в самых разных предметных областях (военное дело, медицина, генная инженерия, ракетостроение, создание AI-агентов, программная инженерия, садоводство). Наставления руководства и без этого достаточно объёмны.

Системное мышление оказывается практичным/культурным/деятельным/инженерным/стильным, причём применимым повсеместно: оно усиливает ваш интеллект в любых проектах, а не только в проектах какого-то определённого типа. Это прикладное мышление ортодонтии или бурения в вязких грунтах применимо только для узкого класса задач. Системное мышление нельзя сравнивать в этом плане с прикладными методами мышления, которые позволяют рассуждать об объектах в проектах какого-то определённого класса, в каких-то определённых предметных областях. С системным мышлением вы системно думаете во всех проектах, в том числе и в ситуациях переключения с проекта на проект, формулирования/постановки новой задачи/проблемы, организации нового проекта, разбирательства с новой для вас предметной областью.

Освоение работы по наставлениям руководств по системному мышлению и системному моделированию (давайте их возьмём вместе) можно сравнить по затратам времени с семестровым вузовским курсом (4 европейских кредита, примерно 30 часов времени обучения в кредите⁴⁶). Это означает, что нужно выделить по 10 часов на 12 недель на чтение материала, выполнение заданий, чтение дополнительной литературы, встречи с наставником. Это не слишком сложно, нагрузка хоббийного уровня: в какой-нибудь школе танцев это два двухчасовых урока в неделю, одна четырёхчасовая вечеринка и ещё два часа на самоподготовку. В любом случае, этот режим требует переустройства своего распорядка дня. Планировать это всё на «в свободное время» (которого как не было, так и не будет) не получится, важно сделать расписание, затем важно его соблюдать. Если выдерживать выделение 10 часов в неделю на освоение системного мышления не удаётся, возможно, вам надо вернуться к руководствам программы не рабочего, а личного развития: там учат учиться.

Избегайте освоения нескольких наших руководств «вперемешку». Вам дана определённая последовательность их прохождения, и она важна. Не надо изучать формулы ньютоновской физики до освоения арифметики. Точно так же не надо пытаться освоить системную инженерию до того, как освоили системное мышление — не будет понятно даже слово «системная»! Руководства составлены именно для последовательного прохождения.

Чтобы учесть особенности человеческого мозга (кривые забывания), а также дать наставления в самых разных контекстах (мозг — это нейросеть, учится на предъявлениях повторяющихся в разных контекстах паттернов), в руководства встроены повторения. А ещё в руководства встроены блоки с ответами на вопросы, которые авторы слышали от инженеров-менеджеров, работавших по предыдущим версиям руководств. Если у вас появился вопрос, то наверняка ответ на него вы встретите или через несколько страниц текущего руководства, или в следующем руководстве. Так, материалы нашего руководства по системной инженерии будут повторяться в руководствах по методологии, системной инженерии, инженерии личности, системному менеджменту. Наставления предыдущих руководств в нашем руководстве по системному мышлению тоже будут повторены (хотя и не всегда ровно теми же словами, которые были там), а также многократно использованы.

После освоения работы по всем этим руководствам в целом станут понятней многие наставления руководства по системному мышлению. Так что рекомендуем не застревать надолго на каком-то непонятном месте нашего руководства, просто идти при знакомстве с руководствами дальше, но потом всё-таки повторно пройти по тексту руководств программы рабочего развития с первого по последнее. Это должно быть не столько «обучением», сколько «работой», с обязательным выполнением заданий по работе в вашем проекте (возможно, в этот момент у вас уже будет другой рабочий проект, это неважно! Важно, что вы осваиваете методы мышления, методы работы).

Повторим: делайте предлагаемое в заданиях моделирование в рабочее время, оно ведь касается использования системного мышления в рабочих проектах — вот и работайте, думайте над рабочими вопросами в рабочее время, у нас руководство/регламент/стандарт/«описание мыслительного процесса» (все синонимы тут с нюансами), а не «учебник для изучения в отрыве от работы».

Задания: системное творчество

Поставьте отметки о достижении состояния:

1. Написан пост с описанием примеров творчества в ваших проектах.