Обсуждение

Всё же есть [как минимум] Richard N. Langlois и Nicolai J. Foss, которые занимаются разработкой вполне адекватной австрийской теории институтов — уж точно без «институт "стал"». К сожалению, отослать пока что могу разве что к Google Scholar. Про индивидуализм как таковой (точнее, его теоретическую концептуализацию) см. тж. http://www.livejournal.com/users/dmtr/889494.html

Да, спасибо. Я понимаю, что в указанном мной направлении сейчас много народу бежит вприпрыжку. Я ведь не столько для теоретизирования, меня прикладные аспекты интересуют. А чтобы хорошо делать практическое дело, нужно иметь возможность его обсуждать. А чтобы обсуждать, нужно иметь онтологию. Вот сейчас мне бы иметь онтологию, в которой "спонсоры (в смысле project sponsor) института X заняли 30% институционального рынка, а спонсоры института Y -- 70%, оставив спонсоров института Z не у дел". Как, скажем, произошло с институтами депозитариев и регистраторов на рынке ценных бумаг... Язык мне нужен, полезный для использования в практике. Ну, и добрые отношения с друзьями-австрийцами. А то они очень все переживают, когда я пытаюсь вместо чужих институтов свои продвинуть. Как будто чужие институты лучше уже оттого, что имена их спонсоров малоизвестны и можно про них сказать, что они "стали"...

Ага, спасибо. А то на mises.org только ссылки на три работы Langlois, но нет самих его текстов.

> Я ведь не столько для теоретизирования, меня прикладные аспекты интересуют Да меня, в общем-то, тоже практические; я кандидатскую по менеджменту пишу :) — и думаю прежде всего о более адекватном теоретическом языке, чтобы обойтись и без реификации "систем" и прочих "рутин", и без [слишком сильной] редукции-до-индивида.

А чтобы хорошо делать практическое дело, нужно иметь возможность его обсуждать. Не обязательно.

По-моему, всё же скорее полезно, чем вредно. Анатомический атлас с прилагающейся терминологией не сможет вполне заменить анатомического театра, но дополнит его неплохо.

Нет, вы расширяете. У Толи сформулировано как обязательное условие ("нужно"). У вас - "скорее полезно, чем вредно", т.е. "можно". В этом мой пойнт и состоял: чтобы хорошо делать практическое дело, обсуждать его можно, но не обязательно. Не там ключ к "хорошести" лежит.

А я вот с огромным удовольствием читаю статьи Наоми Ламорё (если я правильно транскрибирую ее имя по-русски) - http://www.nber.org/cgi-bin/author_papers.pl?author=naomi_lamoreaux Она, конечно, не австриячка, но ее взгляд очень свеж и полезен.

Ламоро (по крайней мере, так здесь). Действительно, интересное чтение; спасибо за ссылку.

Без описания критерия, по которому ты выделяешь "хорошесть", твоя реплика непонятна. "Хорошестей" в данной ситуации сразу просматривается десяток. Первая "хорошесть" -- про добро и зло, вторая "хорошесть" про возможность организовать эпидемию мема нового института в обществе, третья хорошесть -- результирующая эффективность "хорошего" в первом и втором смысле института с точки зрения решения исходной (возможно, даже нерефлексируемой толком) проблемы. Можно продолжать, добавляя эти "хорошести" по вкусу -- и все равно не попасть в подразумеваемую тобой "хорошесть". Так что ты лучше поясни. Я придерживаюсь той теории, что возможность что-то сделать хорошо ;) существует и без обсуждения. Но попасть в ситуацию "лучшее враг хорошего" ;) можно обычно только после онтологизации ситуации и обсуждения.

Что такое современный институт? Это способ одной властной группировки бороться с другой властной группировкой посредством создания ритуала. Ритуал нужен для снижения неопределенности и гарантии будущего развития событий в нужном направлении. Построение таких ритуалов процедура довольно сложная, требующая высокой квалификации. Для ее выполнения привлекаются так называемые "инженеры". Что делают такие инженеры? Они занимаются разработкой и проведением изменений. Эти изменения выгодны не для всех заинтересованных групп, поэтому инженерам обычно гарантируются определенные привилегии в рамках привлекающей их властной группировки, чтобы обеспечить принадлежность инженеров к "выигравшим" группам. Кстати именно поэтому институциональные инженеры отделяют себя от пректируемой ими социосистемы. Никогда не задумывались о истории возникновения таких понятий как народ в государстве или персонал на предприятии? Типичный образ мысли такого конструктора: "Существует некий народ и его представители, которые будут действовать по придуманной нами модели. Ну а если мы ошибемся, то поправим модель, мы то сами входим в гильдию конструкторов, т.е. находимся вне системы, значит нас лично эти ошибки не коснутся" Иногда такое можно протащить через понятие денег, например пообещать лично группе таких инженеров очень большой личных бонус. Но даже тогда они боятся, потому что изменяемся ими система изменяется в интересах властной группы, а в общем то не в их интересах. Это значит, что Ваше сравнение с предпринимательством вполне логично, ибо это оно и есть. А в предпренимательстве есть предприниматель, который и заинтересован в результате, здесь - становлении института. Ну а дальше, если проект был успешен, то он может быть скопирован другими "предпринимателями". Это проще, чем разрабатывать проект с нуля. Да и опыт применения уже есть. Что скажете, Анатолий?

А ничего не скажу на вашу конспирологическую теорию институтов. Непонятно, куда эти ваши рассуждения применить -- разве что для раскрытия институциональных заговоров и нахождения за ними богатеньких олигархов. Ну, раскрывайте.

Она не конспирологическая, а предпринимательская, Вы сейчас подменили мой вывод несколько другим. Если что то происходит, то это кому то выгодно, вспомните старую поговорку. Сам факт существования любого общественного института является способом "договариваться, устанавливать определенные нормы". Устанавливать нормы в общем случае надо только для того, чтобы обеспечивать собственное будущее. Это своего рода гарантия того, что пока "наши" у власти все будет идти по выработанным "нами" правилам, а когда "наши" потеряют власть и придут "они", то правила будут не настолько плохи, чтобы нам мешать. То есть драйвером таких договоренностей на самом деле является страх. Собственно именно такой страх является основой потребности в справедливости, чтобы тебя незаслуженно не обидели. Ну а дальше включается социальная инерция, хотя и она имеет не бесконечную силу (для кого то к счастью, а для кого то к сожалению). Олигархов я тут вообще не упоминаю, ибо что стоит власть одного олигарха по сравнению например с властью верховного правителя или мощностью бюрократической системы? На коротком временном промежутке да, а уже на среднем практически ничего, пшик. Интересновзглянуть на деятельность любой организации, движения или общественного института с позиции заинтересованных в его существовании сторон. Сразу все встает на свои места, не находите?

"Все встает на свои места" -- не нахожу... То, что существование институтов представляется кому-то выгодным -- легко представить, этим занимаются люди из приверженцев вирджинской школы public choice. Вы излагаете что-то похожее на их построения. Я же тут про другое. У меня чиновники и другие люди не злонамеренно ищут выгоду, а могут действовать в соответствии с понимаемыми ими общественными интересами добросовестно, только лишь в условиях недостаточного знания. Это совсем другой подход (ср. http://www.livejournal.com/users/v_novikov/142750.html).

Чиновник это такая же работа, как любая другая. А это значит, что чиновник стремится за минимум усилий получить максимальное вознаграждение. Отсюда коррупция, когда усилие минимально, а вознаграждение максимально. Ведь на работе он даже теоретически не может получить столько, сколько ему дадут за решение каких то вопросов в интересах бизнеса. Конечно коррупция добавляет риска в жизнь чиновника - но и то это только тот риск, что высшестоящие чиновники смогут его выкинуть из системы, если его уровень коррупционности превысит определенный допустимый предел. Сколько встречал и встречаю чиновников, столько же раз вижу, что их личный интерес для них куда как приоритетнее общественного. Так что мнение специалистов вирджинской и чикагской школ имеет право на существование. Идет всего лишь продажа административного ресурса по рыночной стоимости, ничего более. Вот скажите, если у вас есть право распределения ограниченного ресурса, зачем стремиться к эффективности?

ОК, то есть вы согласились, что пересказываете public choice theory своими словами. Далее неинтересно.

Анатолий, у вас своеобразная схема общения, вы делаете выводы, которые не следуют из материала, а потом указываете на них мне. Затем вы демонстрируете своими словами явное неуважение к собеседнику, пытаясь меня задеть. Извините за нескромный вопрос, а зачем? Я вас чем то обидел, что вызвал такую реакцию?

Ваша теория неинтересна в том смысле, в каком неинтересен village skepticism в принципе. Если исходить из пессимистического допущения, что все и всяческие изменения неизбежно сведутся к тому, что сволочи-начальники и примазавшиеся к ним инженеры поделят бонусы между собой, а простой человек опять окажется в говнище, тогда, конечно, единственным мотивом к институциональной инженерии будет возможность поучаствовать в переделе с пользой для себя. Последовательный пессимизм нехорош постольку, поскольку в истории отмечены случаи, когда простому человеку (не-начальнику и не-инженеру) от преобразований таки стало лучше (причём "стало лучше" здесь не тождественно "ПЧ промыли мозги в соответствующем ключе").