Без заголовка

Содержание образования в советской традиции выпадало из собственно педагогики и направлялось институтами повышения квалификации в сочетании с иногда прорывавшимися академическими бойцами, к методикам и методам имевшим слабое отношение, но бывшим безусловно светилами науки. Реальной дискуссии по содержанию в соотношении с реальностью на самом деле не было, потому что реальных потребностей, выраженных в запросах от производственников, не было как таковых. Ни прямой, ни обратной связи. Впрочем, западная педагогическая школа страдала похожим подходом, только с перехлестом в обратную сторону: содержание курсов выхолащивалось (и продолжает выхолащиваться) в угоду сугубо практическим навыкам. И если в высшей школе еще хоть что-то делалось за счет перевода студентов на преимущественно самостоятельную форму обучения (доля ведомого компонента составляет от 25% до 35%), то в младшей-старшей школах все очень плохо: практические навыки для жизни есть, для оперирования мета-информацией (теория как first class citizen) фактически отсутствуют. У нас основная проблема состоит в том, что канал обратной связи отсутствует как класс -- в многограннике между потребителями обученных (в школе и вузе) специалистов, их поставщиками, научными кругами и методическими управлениями отсутствуют не только традиционно понимаемые связи. Отсутствует само понимание необходимости движения в обе стороны. Финансовая ли это проблема или с мозгами?