Без заголовка

Анатолий, я написал первый комментарий, помня о прошлом незавершённом споре. этот спор теперь готов разгореться уже в этом посте. и он будет -- со всей своей бессмысленностью -- разгораться вновь и вновь (в других контекстах и с другими собеседниками), пока вы как нефилософ (это особая позиция, интересная философу) не расслышите одну принципиальную вещь: философы имеют дело преимущественно со словами (по крайней мере, начиная с Сократа; однако есть традиция -- условно натурфилософская, -- которая наследует досократической мысли: в обрубленном виде это та же синергетика). австрийско-британская мысль сделала из этого наблюдения слишком "неинтересный" вывод -- что всё к словам и сводится ("неинтересный" потому, что это уже в истории не раз было, например, в схоластике или отчасти уже у стоиков). однако у всех слов есть история, которая есть не просто история означающих, но история человеческого мира в целом. так, когда авторы статьи по ссылке (или наивные психологи, которые занимаются теорией мотивации) пытаются определить понятие интересного (которое для нас тут с вами просто пример), они не учитывают, что до конца XVIII века такого слова не было. ещё раз: не просто слова не было и даже не только смысла, к которому оно отсылает, но не было такого мира, в котором это слово что-то значит (я в своей диссертации предпринимал мысленный эксперимент: значило бы оно что-нибудь для древних греков? ответ был: нет, они бы путали его со смежными понятиями и не понимали, что мы им хотим сказать). понятие интересного (как и понятие современного: это один пучок изобретений) возникает как ответ на определённую метафизическую ситуацию, возникающую в начале XIX века и имеющую актуальность до сих пор. иначе говоря, "люди" считают интересным и современным то, что философы некогда придумали считать таковым, ни больше ни меньше: это показывает генеалогия этого понятия и его использования. больше углубляться я в это здесь не буду (если только вам не стало интересно), замечу только, что эта модель исследования распространяется и на имение дела с техническими изобретениями, такими как блокчейн. историзовать блокчейн означало бы посмотреть, как и когда схожее обещание "вечного удерживания" уже имело место и к чему оно привело; отсюда уже можно делать какие-то прогнозы. что касается научной фантастики, прогнозы которой иногда оказываются верными, то это одна из ключевых тем современной мысли последних 15 лет. см., напр., книжку Фредерика Джеймисона Archaeologies of the Future: The Desire Called Utopia and Other Science Fictions 2005 года (частично про это также How We Became Posthuman: Virtual Bodies in Cybernetics, Literature and Informatics Кэтрин Хейлз 1999 года).