Без заголовка

Театральная метафора лишь метафора. Ну, метафора может быть уровня "про шпорцевого голубя" (была давно такая дискуссия между мастеров нлп - имеют ли голуби шпоры). Ежели считать что имеют, тогда рассказы про таких птиц это просто более-менее красивые истории/аллегории. Но, есть альтернатива таким историям - настоящая метафора, которая есть образный язык бессознательного. Она говорит, что роли берутся по отношению к деятельности (например, театральной). А выполнители ролей -- из внешнего мира. В таком вашем противопоставлении получается парадокс: театральная деятельность становится не имеющей отношения к внешнему миру. И знания о деятельности переносимы из ситуации в ситуацию деятельности. Заменяемость модулей может быть вполне условной: если система или модуль делаются в одном экземпляре, то всё одно проектирование идёт "в типах", на эту тему была дискуссия и закончилась она выводом именно что мыслительная работа всегда идёт в типах. Если система или модуль делаются в одном экземпляре, но затем подвергаются моделированию, то получается замечательная "переносимость" деятельности в любые подходящие контексты. По крайней мере, потенциальная "переносимость". Вся мыслительная деятельность/любой её образчик есть уникальная работа/активность. Но, ежели она повергается моделированию, то тот час же превращается в свободно тиражируемую. Некоторые варианты мыслительной деятельности содержат нечто вроде само моделирования тот час же по факту своего существования/реализации. Собственно, системный подход не прост в обучении методом повторения в силу недостающей его отмоделированности. Так что Шекспир -- писатель, и заменяемость его не волнует, волнует, что мы при этом его не как больного или мужа или преступника рассматриваем, а как писателя. Вам возражаю не я - вам возражает мистер Эриксон: организовываем некоторую вариабельность подачи/восприятия некоего писателя. И каждая вариация может быть вполне невинной. Затем происходит генерализация процесса внешнего варьирования. Затем внезапно происходит интериоризация генерализации вариации... и нет уже исходного писателя по факту его восприятия. Называется "рассеивающая" вариация. Понятно, что именно делает писатель -- а уж остальное неважно. На другом конце писательско-театральной цепочки сидит читатель/зритель. И нет писателя в отрыве от его читателя.