Обсуждение

У меня есть (пока сырая) теория на этот счет: 1. Структурированные данные, что очевидно, заточены для массовой, машинной обработки. Они, до некоторой степени, являются "объективизированным" знанием. Таким образом, это представление нацелено на создание информационной модели чего-то. 2. Нарратив, в свою очередь, скорее стоит рассматривать как некоторый артефакт, который нацелен на изменение состояния слушателя (смотрителя, ...). Это не сами данные, а некоторое сообщение, построенное с учетом особенностей восприятия конкретного слушателя. При его прослушивании/прочитывании на слушателя оказывается определенное воздействие; в простейшем случае -- информирование, в пригодном для усвоения формате. 3. Очевидно, что нарратив "компилируется" из исходных данных: 1) в последний момент (конец цепочки преобразования, если не рассматривать интерпретацию слушателем) 2) с учетом возможностей слушателя 3) с неизбежными искажениями (отображение, явно, не является биекцией) В рамках этой "теории" можно сказать: 1. структурированные данные конвертируют в нарратив, чтобы оказать определенное воздействие на слушателя. грубо говоря, для формирования медийного контента 2. в обратную сторону, нарратив разлагается на данные, для воссоздания "объективных" данных из, к примеру, того же контента (или любых других коммуникационных транзакций). Пишу "разлагается" потому что, вероятно, нарратив ближе к гештальту.

Тогда объясните, почему из нарративных первых страниц вебсайтов остались только структурированные "оглавления" -- ведь как все владельцы вебсайтов хотят изменить состояние "смотрителя", но почему-то не прибегают к нарративу... А в спортивной газете пишут стандартную белиберду про абсолютно однотипные события...

мне кажется, тенденция к структуризации - глобальна, а обратная - локальна, то есть происходит только в силу исторической привычки к определённому формату (ну привыкли люди употреблять спортивные новости в виде репортажа).

По первому пункту не могу согласиться полностью – нарративов про «мы занимаемся Сепульками» осталось предостаточно. Возможно, часть действительно стала более структурированной – опять же, для быстрого, «механистического» просмотра. В то время как в обычном канале общения – коммерческие предложения, презентации, официальные письма – нарратива осталось предостаточно. Если говорить о спортивной газете, этот кейс укладывается в мои первоначальные гипотезы: -- механистическая и объективная информация в газете (i.e. структурированные данные) не нужна -- задача газеты, грубо говоря, развлекать – именно поэтому в форме нарратива. А в качестве исходников для компиляции использована когда-то структурированная спортивная статистика

В слайдовых презентациях (относительно новый жанр) люди тоже используют bullets и наводят структуру. Полноценные предложения уже мало кто пишет, пишут телеграфно суть -- даже если не предполагается рассказа. Вы и сами пишете "нарративов [...на первых страницах вебсайтов] осталось предостаточно" -- именно что "осталось". Я же про культурный тренд, он может и двадцать лет занять. Тренд же очевиден: нарративы перестали занимать 100% того, что читают люди. И этот процент неуклонно падает. Вопрос: стоит ли вкладываться в программу, которая "нарративизирует" вебсайты и слайды? А почему люди вкладываются в программы, которые нарративизируют материалы для спорт.газеты и аналитику по акциям и недвижимости?

Кейс 1, скорее структурированное описание: тексты стандартов. Зачастую сопровождаются отдельными guideline'ами -- толкованиями. Кейс 2, скорее нарратив: разделы "рассказы о деятельности" на сайте PraxOS. Здесь нет прямого противопоставления, стандарт vs. рассказ -- скорее, просто иллюстрация. Ведь у Вас был мотив сделать именно рассказ?

Вдогонку, Интересно, а Ваш рассказ про хоралы компьютерного сочинения нельзя считать изоморфным примером? Можно трактовать так: -- объективные данные -- это некоторое представление гармонии, мелодии, ... -- может быть отображено на различные модели, например на нотную запись (некоторая часть, конечно) -- это можно "отрендерить" в виде аудиозаписи -- полученный "нарратив" решает задачу удовлетворения эстетических потребностей Любопытно заметить, что этот самый акт "рендеринга" под конкретного слушателя -- контекстно-зависимая задача. Возможно, для программного архитектора достаточно увидеть элегантное решение в виде диаграммы, в то время как пользователю для восприятия нужна конечная программа. Эта ветвь рассуждений легко уходит в рекурсию: любое представление становится нарративом при преобразовании рендеринга -- когда некоторая абстракция перекладывается на носитель, представление. Возможно.

Рассказы PraxOS появились из-за попытки как-то изложить довольно сложные наборы понятий. Нам казалось, что нарратив тут будет более уместен, чем перечислять "буллетами" какие-то высказывания. Это как раз и интересно, что заставляет один и тот же текст "для понятности" то структурировать, то наоборот, нарратизировать. Это напоминает мне вечно тлеющую дискуссию вокруг всяких Controlled English.

Я много писал про рендеринг, в том числе "художественный" (например, http://ailev.livejournal.com/845850.html) -- но в данном постинге я задаюсь вопросом, насколько сбалансированы задачи рендеринга и парсинга. Полчеловечества пишет парсеры, а полчеловечества рендереры. Мне кажется, что парсеры сейчас более актуальны -- но что заставляет людей писать рендереры, если мы уже имеем что-то распарсенное? Вспоминается Кобол, основной идеей которого была "похожесть на обычный человеческий язык".

Спасибо за ссылку! Половина вопросов/комментариев снялась ;) По поводу мотивов создания рендереров, рискну предположить: -- знания (как результат парсинга) в виде учебников, результатов исследований, etc потребляет (в хорошем смысле) меньшинство, в то время как на нарративы спрос глобальный [тезис спорный, т.к. учебник тоже нарратив, в определенном смысле, и вопрос становится не черно-белым, а про степень абстракции] -- человек, как конечный потребитель информационного сообщения, потребляет нарративы той или иной степени абстракции [нельзя ли сюда за уши подтащить коннективизм?]

Тогда гипотеза: что взрослые образованные люди начинают потреблять распарсенную информацию, а деткам-неграмотным нужны нарративы. Типа как анимешки/манги главным образом на подростков направлены: взрослым про взросление как-то уже неинтересно смотреть, но всегда есть подростки... Так что у меня встречная гипотеза: рендеринг будет нужен всегда, ибо это "возрастное", проходящее по мере роста цивилизованности/грамотности... Интересны книжки логиков из традиции аналитической философии: у них и нарративов полно, и насыщенных формулами текстов, и они их как-то совмещают. Но я уже читал (у ван Ренссена), что "философы ленивы -- не утруждают себя парсить свои сложные тексты, приходится это делать за них" (это он по поводу своей работы над Gellish).

Под разные задачи нужны разные формы. Навигация на сайтах — довольно типовая задача, её нужно упрощать и ускорить как можно сильнее, чтобы человек прошёл до той точки, где он начнёт задумываться или останавливаться для потребления данных. В этом месте начинает работать нарратив — сложные понятия объясняются, в текст вливают эмоции и очеловечивают цифры сравнениями, добавлением контекста и аргументов для «покупки» (т.е. для принятия решения — изменение позиции часто тоже является аналогом покупки). Поэтому оба вектора будут работать и дальше: аморфные потоки будут структурироваться в числа и быстрочитаемое и быстроанализируемое наполнение, а потом эти же числа будут переделываться обратно под людей для того, чтобы отфильтрованное как-то цеплялось за сознание, не проваливалось в него. В случае с цифрами понятно, для чего они (машиночитаемость и легкость манипуляции). А вот нарратив — это уже психологическая потребность человека, особенность его устройства. Люди мыслят (и про себя, и про мир) историями, и поэтому как только нужно сделать более насущную, важную подачу — нужно запускать истории. Вот цитата из интервью с Дэвидом Саймоном, одним из создателей разных заметных телефильмов о разных проблемных темах:

Bill Moyers: Can fiction tell us something about inequality that journalism can’t? David Simon: I’ve wondered about that, because I did a lot of journalism that I thought was pretty good. As a reporter, I was trying to explain how the drug war doesn’t work, and I would write these very careful and very well-researched pieces, and they would go into the ether and be gone. Whatever editorial writer was coming behind me would then write, “Let’s get tough on drugs,” as if I hadn’t said anything. Even my own newspaper. And I would think, “Man, it’s just such an uphill struggle to do this with facts.” When you tell a story with characters, people jump out of their seats, and part of that’s the delivery system of television. http://www.guernicamag.com/interviews/2530/simon_4_1_11

Именно поэтому так успешны новые жанры «очеловечивания» данных — Рослинг и вся история с тед-выступлениями, визуализация-цифр-как-поп-жанр, реконструкторская документалистика и пр. Одни только числа и факты для восприятия сложных тем недостаточны, зритель и читатель не успевает отнестись как-то к этим цифрам, он не понимает, как из этих чисел создавать внутри себя полноценную картину. А именно эта картина и нужна для того, чтобы сделать какие-то выводы или выстроить отношение к предмету.

Тем не менее, языки программирования развиваются в сторону от Кобола -- "одни только числа и факты для восприятия сложных тем" почему-то с 0% стремительно повышают свой процент в общечеловеческой коммуникации, и не только с машинами (взять те же первые странички вебсайтов и буллетные презентации). Такое впечатление, что это два разных нейромеханизма (и так, наверное, и есть): который убеждается нарративными паттернами, и который убеждается логикой и рассуждениями. Растет цивилизация, растет уровень обращения к логике. У детей и дикарей с логикой плохо, рассказываем истории. Когда из взрослых дядей и тётей делаем легковнушаемых детей, начинаем рассказывать им story with characters. Еще лет десять, и дяди (а потом и тёти, а может даже тёти первые) начнут ставить этот механизм реагирования на strory with characters на сознательный контроль...