Обсуждение

> Беда тут в том, что государству никто не помешает быть худшим. Это только фирма развалится, если она в секторе худшая – не имеет блестящего менеджмента, не пользуется консалтингом, не строит свои бизнес-процессы. Государство в аналогичном случае не развалится, а просто будет придавливать все свои фирмы, всех своих граждан своей уже не серой, а хужеющей черной массой. Обычно в таких случаях государство начинает неадекватно оценивать свои возможности (сквозь чёрную массу ничего не видать). Дело доходит до войны, государство претерпевает военную катастрофу, после чего необходимость реформ доходит до многих, сопротивление материала падает и КПД повышается.

Если принять, что описанный сценарий правда, то совет будет такой: спокойно строй свой частный бизнес, а потом будет небольшая война с потерей бизнеса (а как же!), и после этой войны строй свой частный бизнес опять. Ну, я замечу, что война не входит в мои бизнес-планы.

Гораздо глубже чем того хотелось бы :) Несть числа примерам, когда неудачное внедрение информационной системы приводило к краху бизнеса или весьма серьёзным потерям, хотим ли мы этого для государства, например? Ссылки на то, что надо правильно выбирать консультантов/поставщиков то-же несостоятельны, как раз сочетание AndersenConsalting/SAP(подставить других "лидеров") многих утопило...

Да, мы беспокоимся именно об этом: чтобы эти аналогии не погубили государство в его важнейших функциях. Ибо когда оно падает, бизнесам может не поздоровиться. Чтобы не было внедрений мастодонтных ущербных программ "луших практик на рынке", нужны некие правила, по которым подобные "решения" не смогут прорваться в государство. То есть решение должно быть институциональным, а не полностью отдаваться на откуп консалтерам. Какие это должны быть правила, нужно думать и думать.

То есть решение должно быть институциональным, а не полностью отдаваться на откуп консалтерам. Какие это должны быть правила, нужно думать и думать. Для размышлений: "Юбилейный подарок" Максим Соколов Эксперт #40 (486) от 24 октября 2005 http://www.expert.ru/expert/current/data/40-sokolov.shtml ...Парламентаризм изначально основывается на том, что правительству нужны деньги, оно их добывает через налоги и подати, и в какой-то момент плательщики добиваются того, чтобы их законно избранные представители следили за двумя вещами: а) при сборе податей не должно быть чрезмерных притеснений; б) при расходовании собранных денег не должно быть злоупотреблений и бессмысленных трат. Если правительство не идет навстречу, парламент отказывает ему в деньгах. В этих двух фразах вся суть парламентаризма, а все остальное - лишь комментарии. В России налоги тоже собираются (иначе откуда бы деньги в казне), причем, по общему мнению, собираются с немалыми притеснениями. Все как в лучших странах Европы. В прошлом и настоящем. С одним только отличием. И львиная доля доходов, и 100% притеснений - это обложение юридических лиц. Физические же лица облагаются крайне снисходительно, наезды налоговиков им неведомы, подати с них в общей массе бюджетных доходов ничтожны. То есть главные бюджетонаполнители и страдатели, будучи юрлицами, не имеют избирательных прав, а имеют эти права физлица, от налогов почти не страдающие. Роль парламента как защитника от налоговых притеснений им глубоко непонятна. От чего защищать, когда притеснений нет? Формируйся Дума голосами бюджетонаполнителей, мы увидели бы такие живые страсти и такую заинтересованность, что никакие Сурков с Павловским ничего бы не могли сделать. Другая особенность нашей бюджетной политики в том, что еще с 1992 г. эта политика перевернута с ног на голову. Спокон веку правительство испрашивало денег, а парламент в меру сил отбивал запросы (больше расходов - больше налогов и притеснений), используя контроль над кошельком для эффективного давления на правительство. Изначальный смысл парламентского недоверия в том, что делайте чего хотите, но денег мы вам не дадим. Тут-то власть исполнительная и склонялась перед властью законодательной. У нас же все сложилось наоборот, то есть парламент желает тратить больше, а правительство не желает. Тем самым сильнейший рычаг давления на власть просто отсутствует. Если Б. В. Грызлов грозно скажет, что Дума не намерена вотировать предложенные кабинетом бюджетные расходы, А. Л. Кудрин только обрадуется, потому что его идеал - не тратить вообще ни копейки. Но когда оба краеугольных камня демократии налогоплательщиков - личный интерес избирателей и контроль над кошельком как средство давления на правительство - отсутствуют, либеральные сатирики могут хоть Учредительное собрание созывать и там самый светлый парламентаризм учреждать. Без личной, шкурной заинтересованности граждан в представительстве будет точно такая же грызловская Дума.

Соколов очень волен в своем разделении на юридических и физических лиц. Юридические лица -- это некоторая юридическая фикция. Отобрать деньги у юридического лица -- это отобрать деньги у конкретных физических лиц, ибо чудес не бывает. Поэтому Соколов тут неправ с отсутствием эмоционального отклика при поборах с юридических лиц. С другой стороны, тезис о том, что институциональная опора на фикции вместо опоры на конкретных людей ведет к более здоровому устройству государства -- верен.

Отобрать деньги у юридического лица -- это отобрать деньги у конкретных физических лиц, ибо чудес не бывает. Поэтому Соколов тут неправ с отсутствием эмоционального отклика при поборах с юридических лиц. Это так, но кол-во физ-лиц (совладельцев бизнеса), лично обижаемых при отъёме денег у юр.лица исчезающе мало по отношению к общему кол-ву электората, а именно об этом спич.